– Что там? – поинтересовался он, поднимая взгляд от монитора.
– Это на аккаунте МиМайХарта. Обычная трепотня. Она прекрасна, талантлива, хорошо выглядит в розовом. Похоже, у него пристрастие к розовому. Но послушай: «Когда мы вновь соединимся, будем все вместе, и ты принадлежишь мне».
– Крайне неприятно. Четыре балла по шкале устрашения, – заметил Чарли.
– Я бы дала пять. И вот смотри, эти слова – «все вместе». Не находишь, что речь идет больше чем о двоих? Снова вместе это одно, а вот все вместе – совершенно иное.
– Может быть.
– Возможно, их трое?
– Не исключено, – кивнул Чарли.
– Вместе с Дрейком их будет трое.
Чарли глянул на нее.
Мила тут же вернулась к компьютеру и просмотрела предыдущие посты МиМайХарта.
Он упомянул о Дрейке. И не один раз. Означает ли это, что имел в виду их троих? Он также использовал слово «снова». А вдруг в прошлом все трое были вместе?
По спине пробежал озноб. Может парень в блейзере иметь какое-то отношение к Дрейку? Стоит заглянуть в прошлое? А если Дрейк каким-то образом ведет к Кассиди?
Мила распечатала фото парня в блейзере. Нужно показать его Кассиди.
– Я иду наверх, – предупредила она Чарли.
– Ты что-то нарыла?
– Всего лишь предчувствие. Я недолго.
– Могу я чем-то помочь?
– Найди мне имя парня в блейзере. И я буду на седьмом небе.
– Я над этим работаю.
– Спасибо, Чарли.
– Я всего лишь делаю свою работу, – озадаченно протянул он.
– Я имею в виду, спасибо за то, что общаешься со мной на равных, как с одним из парней.
Он слегка улыбнулся:
– Ты и есть один из парней.
Эти слова согрели ее сердце.
Он вернулся к работе.
– Я позвоню тебе, если что-то узнаю.
– Спасибо.
Она находилась на третьем этаже. Побежала на девятый, постучалась в квартиру Троя.
Ожидая ответа, сообразила, что дверь может открыть он сам. Сейчас почти полдень, а он часто обедал дома.
Она не видела его с того дня, как они занимались любовью. И надеялась, что сейчас тоже не увидит.
А если? Что она сделает? Что скажет? Но еще важнее, что сделает он. И что скажет? Проигнорирует ее, как она и просила? Или снова попытается.
Если снова попытается, она возмутится и прямо потребует, чтобы он держал руки при себе. Она не собирается становиться игрушкой босса!
Но при мысли о его руках, о том, что они с ней делали, бросало в жар, а глубоко внутри загоралось желание. У этого мужчины волшебные руки, волшебные губы, волшебный…
Дверная ручка повернулась, и она приготовилась.
К счастью, открыла Кассиди.
Мила пыталась убедить себя, что обрадована.
– Привет, Мила! – воскликнула Кассиди, укачивая Дрейка. Малыш улыбался и тянул ручонки к Миле.
– Ну конечно, – со смехом упрекнула Кассиди. – Иди к тетушке Миле. И не важно, что это я кормлю, меняю памперсы и укладываю спать.
Мила пристроила Дрейка на бедро, где он гулил и хватался за ремень кожаной сумки на ее плече.
– Есть минута? – спросила она Кассиди.
– Еще бы! Хочешь кофе? Габби печет блинчики, завтрак для меня, ланч для Дрейка. Я говорила тебе, что люблю ее? Люблю, люблю, люблю ее!
Мила рассмеялась. Кассиди пела няне дифирамбы с того момента, как ее наняла.
– По-моему, ты пару раз упоминала об этом. Дрейк ест блинчики?
– В основном играет с ними. Но немного все-таки попадает в желудок.
– Кофе – да. Блинчики – нет, спасибо.
Кассиди пошла на кухню:
– О чем хочешь поговорить?
Мила вынула из сумки фото парня в блейзере.
– Этот человек кажется тебе знакомым?
Кассиди взяла снимок.
– Привет, Мила, – окликнула Габби, стоявшая за сковородой с лопаткой в руке.
Простая, славная, добродушная, лет двадцать с лишним.
У нее был диплом специалиста начального детского образования, кроме того, она оказалась начинающим хиропрактиком. Была готова работать по сменному графику, и Дрейк ее обожал.
– Это со вчерашнего концерта? – спросила Кассиди.
Мила старалась без нужды не огорчать и не расстраивать ее. Поэтому почти ничего не сообщала.
– Я видела, как он отправляет сообщения, и по времени это совпадало с теми сообщениями, которые получала ты. Пока что трудно сделать выводы. Ну, а ты ничего не можешь рассказать о нем?
– Смутно знакомый, – ответила Кассиди, щурясь на снимок. – Если он и раньше стоял перед сценой, возможно, поэтому я его запомнила. – Она отдала снимок Миле и потянулась к Дрейку: – Иди к Кассиди, милый. Голоден?
Габби протянула Миле чашку с кофе, Мила вдохнула запах.
– Спасибо. – Она и с наслаждением отпила глоток.
Кассиди усадила Дрейка на высокий стульчик и повязала чистый слюнявчик.
– Еще один вопрос. – Хотя это тоже одни предположения, все же Мила хотела полностью прояснить вопрос с Дрейком.
– Конечно, – кивнула Кассиди.
– Ты знала отца Дрейка?
Кассиди застыла. От лица отлила краска.
– Кассиди?
– Нет, – жизнерадостно заверила она, приглаживая тонкие волосики малыша.
– Уверена?
– Разумеется, уверена.
– Ты замялась.
– Просто время было тяжелое. И одноразовый секс. А потом мама Дрейка заболела. Все это очень неприятная история.
– Прости. – Мозг Милы тикал со скоростью сто миль в час.
