Нарочито закатив глаза, Сара направилась в ванную.
Когда она вернулась, Мюррей как раз договорил по телефону. Сунув мобильный в карман, он достал еду из духовки – пришлось поставить туда тарелки, чтобы яичница не остыла.
– Не хочешь со мной в магазин съездить?
Сара слегка поморщилась, ее губы поджались, хотя она изо всех сил старалась поддержать мужа.
– В магазинах сейчас полно народу.
Маккензи тоже старался не ходить в магазины в период с Рождества по Новый год. Судя по рекламе по телевизору, на это время приходился пик продаж.
– Это точно.
– Ты не против, если я побуду здесь? – Увидев его выражение лица, Сара вскинула подбородок. – Мне не нужна нянька, если ты об этом думаешь. Я себя убивать не собираюсь.
Маккензи постарался сдержать свою реакцию на брошенное словно невзначай напоминание о всех тех случаях, когда Сара пыталась поступить именно так.
– Я так и не думал. – Конечно же, он думал о том, что Сара может покончить с собой. – Ладно, в другой раз схожу.
– А что тебе в магазине-то нужно?
– Мне позвонил Шон из техотдела. Телефон, с которого свидетельница звонила в службу спасения, чтобы сообщить о самоубийстве Тома Джонсона, купили в Брайтоне в магазине «Всем по телефону».
– Ты думаешь, у них сохранилась какая-то информация о том, кому они его продали?
– На это я и надеюсь.
– Вперед! – Сара с энтузиазмом взмахнула вилкой. – Только представь себе: ты можешь раскрыть дело, прежде чем в департаменте вообще поймут, что что-то происходит.
Маккензи рассмеялся, хотя такая мысль уже приходила ему в голову. Конечно, у него не было полномочий на арест, но он мог бы собрать все доказательства… И что тогда? Браться за очередное всеми позабытое дело? Вмешиваться в чужое расследование?
После тридцати лет службы в полиции Мюррей был не готов выходить на пенсию. Не готов прощаться с людьми, которые за эти годы стали его семьей. Не готов отказываться от работы, приносившей ему такое удовлетворение, когда казалось, что он меняет мир к лучшему. Конечно, он не мог оставаться в полиции всегда, в какой-то момент ему все-таки придется уйти. Так что же теперь – дожидаться глубокой старости? Времени, когда он превратится в сущую развалину и уже не сможет насладиться последними годами жизни?
Маккензи посмотрел на Сару и принял решение о том, что он перво-наперво сделает, как только доведет дело Джонсонов до конца. Он все-таки выйдет на пенсию. Не по бумагам, а по-настоящему.
У Сары случались хорошие дни и плохие дни. Мюррей больше не хотел пропускать хорошие.
– Ты уверена, что с тобой все будет в порядке?
– Уверена.
– Я буду звонить тебе каждые полчаса.
– Иди уже.
И Мюррей пошел.
В магазине мобильных телефонов с потолка свисал гигантский рекламный щит с изображением новой модели блютус-гарнитуры. Покупатели с затравленным выражением лиц сновали среди рядов, пытаясь установить разницу между отдельными моделями. Маккензи прошел в центр зала и остановился у витрины с последними – самыми дорогими – моделями айфонов, зная, что это самый эффективный способ привлечь внимание менеджеров. И, само собой, уже через пару секунд к нему подошел паренек, судя по возрасту, только что закончивший школу. Бледно-голубая рубашка была ему велика, а штанины брюк смялись над кроссовками. На блестящем золотистом бейджике на груди гордо красовалось имя «Дилан».
– Просто загляденье, правда? – Мальчонка мотнул головой в сторону айфонов. – 5,5-дюймовый экран, беспроводная зарядка, OLED-дисплей, полностью водонепроницаемый.
Мюррей даже на мгновение отвлекся – парень упомянул очень важное для телефона качество, имевшее огромное значение для человека, который умудрился дважды уронить в унитаз пусть и не такую дорогую, но все же милую его сердцу модель. Встряхнувшись, он показал Дилану свое удостоверение.
– Я могу поговорить с менеджером?
– Это я.
– О… – Маккензи сумел скрыть удивление под налетом энтузиазма. – Отлично! Ясно… Видите ли, я пытаюсь установить, кто купил определенный телефон в этом магазине в период до восемнадцатого мая 2016 года. – Он указал на камеры наблюдения, направленные на ряды, где бродили покупатели. Еще две камеры фиксировали вход и выход из магазина. – Как долго вы храните записи?
– Три месяца. Ваши уже приходили пару недель назад, в их расследовании какую-то роль играли ворованные телефоны. Мы смогли установить, что телефоны купили здесь, но это случилось полгода назад, поэтому записей камер не сохранилось.
– Жаль. А нельзя отследить покупку по кассовому аппарату, проверить, как именно наш подозреваемый рассчитался?
Дилан не горел желанием этим заниматься и даже не скрывал этого.
– Мы очень заняты. – Он посмотрел на кассу. – Да и Рождество же, – провозгласил он, будто для Мюррея это было новостью.
Тогда Маккензи подался вперед, изображая стереотипного сыщика из телесериалов:
– Этот телефон очень важен в связи с расследованием убийства. Если вы поможете мне установить, кто его купил, мы сможем раскрыть это дело, Дилан! – И он хлопнул парня по плечу.
