Взгляд судорожно пробегается по секции между стеллажами, натыкаясь на нечто в тележке неподалеку. Там снова пена для бритья? Опять. Наличие пары черных носков, бритвенного станка и готовых обедов наталкивает на беспроигрышную мысль — принадлежит мужчине, скорей всего холостяк.
— Мы тут решили затариться, как и вы, — и, подойдя ближе, опускаю в нее набор зубных щеток, который схватил секунду назад, чтобы чем-то занять руки. — Ну что же, приятно было поболтать, пойду поищу его, — прозвучало так, как будто я решил от них отделаться.
Чувствую себя еще глупее.
И на что я надеюсь?
Словно Кейд, глядя на почти пустую тележку, скажет «здорово, я тебя поздравляю». Сомневаюсь, что он вообще мне поверит. О моей привычке сочинять горы небесные он знает лучше других.
— Только если он тебя первым не найдет, — насмешливо добавляет Фил, пока глаза стоящего рядом Кейда заметно округляются.
«Если продолжишь в том же духе, — выпадут!» — не успев вдоволь насладиться своей едкой мыслью, чуть не подпрыгиваю, когда в бок упирается ручка тележки. Оборачиваюсь, наблюдая за тем, кто ее толкнул, и сам едва на пол челюсть не роняю: высокий статный мужчина в строгом костюме, скидывает с рук целую гору различных товаров, добытых на полках в отделе, приправляя свои действия словами:
— Я все собрал, можем двигать, — и, не переставая глядеть мне прямо в глаза, заметно для всех подмигивает.
Вот это я попал.
Не сразу осознаю, что появившийся мужчина все слышал и просто решил мне подыграть, поэтому какую-то долю секунды нахожусь в замешательстве, не зная, что ответить.
Не проглотить язык помогает снова метко заданный вопрос со стороны Кейда.
— И как долго вы встречаетесь?
А в голосе столько укора, что на троих хватит. Не волнуйся, детка, как бы ты ни спешил всегда обвинять меня во всех грехах смертных, я оставался верным тебе.
«Две минуты», — хотел бы я ответить, но, вовремя прикусив язык, на выдохе произношу:
— Не так долго, как ты думаешь, — стоящего рядом мужчину, внимательно наблюдающего за ситуацией, я продолжаю игнорировать, насмерть придавленный грузом смущения и неловкости перед ним.
А вот бывший оказался куда более смелым и прытким, не теряя зря времени, полез со своими приветствиями.
— Я — Кейд.
— Винс, — короткое рукопожатие завершает знакомство.
Фил так и остался пребывать в молчании, бросая на Винса оценивающие взгляды. Впрочем, независимого эксперта не зови, чтобы подтвердить, что тот хорош, что выделяется на фоне нас троих. Готов поспорить, он и сам в курсе.
— Значит вы, ребятки, вдвоем придете на помолвку Пэтт и Скотта? — поборол онемение Фил.
А тебе какая разница, подсолнух?
Боишься, затмим вашу парочку?
— Так ты будешь? — как-то неуверенно спрашивает Кейд, и куда только подевался его пыл? — В последнее время я нечасто видел тебя в компании наших общих друзей, думал, что тебе тяжело выносить наши встречи, но теперь… — запинается, жадно оглядывая Винса, все еще стоящего рядом, и к которому я все еще боюсь повернуться, — вижу, чем ты был занят.
Наверное, настало подходящее время, чтобы дать разъяснение сложившейся за годы вокруг нас обстановки: общее хобби, общие места для развлечений и самое главное — общие друзья. С разрывом отношений мы не стали, как семейные парочки делят совместно нажитое имущество, делить друзей между собой, оставляя право им самим выбирать, с кем они предпочтут продолжить общение, а кого удалят с поля с красной карточкой в руках. И все было бы более-менее ясно и понятно, если бы друзья поступили как большинство и облегчили нам жизнь, но гуманность и здравомыслие оказались превыше всего — сохранили верность нам обоим. И я негласно выстроил свое расписание — дни, в которые мог видеться с приятелями без Кейда, словно один из родителей, находящихся в разводе, приезжал в установленный день и забирал детей на прогулку. Пэтт и Скотт были как раз такими детьми, от общения с которыми я не мог отказаться, которых искренне любил и в которых безусловно нуждался. Именно от них ровно две недели назад я получил приглашение на свадьбу. И несмотря ни на что собирался на нее идти. Один или нет — было вещью второстепенной.
Во взгляде Кейда проглядывались смешанные эмоции: от зависти до нескрываемого интереса, подпитанного моей минутной паузой.
Что же, была не была!
Как говорится, «раз уж заварил кашу, не забудь добавить масла».
Набрав побольше воздуха в легкие, на выдохе произношу:
— Конечно, мы будем!
— Тогда буду рад повидаться с тобой… с вами. Возможно, общение в более приятной обстановке, чем в стенах супермаркета, поможет нам узнать друг друга с новой стороны, а с тобой, Винс, познакомиться поближе. Уверен, за праздничным столом мы найдем общий язык.
Что-то я сомневаюсь.
— Что же, мы поспешим занять очередь к кассам, до встречи, — прощально машет Кейд.
Блять, я попал.
Все еще стоя спиной к своему новоиспеченному «парню», я не спешу поворачиваться, мысленно подбирая в голове фразу, с которой следовало бы начать объясняться перед ним… Все же пришлось описывать сто восемьдесят.
— Как много ты… слышал?
