— После солидной пьянки страх скрутил по ногам и рукам. Думал, обычный похмельный синдром. Но два, четыре дня, неделя — не проходит. Давление выше обычного, 150 на 80. И боль в области сердца. И тревога. Сжимает и сжимает, вроде смерть приближается.
Обследовался в кардиологическом центре. Здоров, как бык. Еще бы, спортсмен, мастер спорта по борьбе. С болью, в общем-то, могу совладать. Время от времени дают о себе знать камни в почках, а это такие колики, что на стенку лезешь. Однако примешь но-шпу в комплексе с горячущей ванной и — вот оно, облегчение.
Тут — другое, тут места себе не находишь. Жена «скорую» вызвала. Накачали меня элениумом. Упал, как чумной, проспался, встал, а ощущение страха не улетучилось. Наоборот.
В Институте нейрохирургии доктор, просмотрев пленку магниторезонансной томографии, сказал, что страхи мои из-за того, что заклинивает питание кровью мозжечка. «Как же быть?» — спрашиваю. «Не знаю, — говорит, — я — хирург. Могу лишь предупредить, что операция на шейном отделе позвоночника — весьма сложная штука. Когда уж совсем невмоготу, попробуйте принять мочегонное. Должно помочь!».
— Говоря образно, шейный остеохондроз, это такая ваза, в которой готовы расцвести сто цветов и все ядовитые. С точки зрения вреда для здоровья. Те же инсульты, ишемический и геморрагический. Не будь грыж диска, передавливающих позвоночные артерии, обильная выпивка закончилась бы банальным интоксикационным синдромом. Сто граммов утром на тяжёлую голову, стакан рассола (или «розовой Мэри» — сметана пополам с томатным соком) и тарелка густого борща вмиг поставили бы на ноги. Но когда нехватка кислорода помножена на отравляющую дозу алкоголя в крови, тогда ядра гипоталамуса «срываются с петель» и на человека обрушиваются страхи и ужасы.
Относительно же мочегонного — дельный совет. Удаление излишней жидкости из организма уменьшает давление в местах застоя крови. Пусть не кардинально решает проблему, но облегчение приносит. На время. Лечение гипоталамического синдрома — процесс сложный и длительный, одним наскоком болезнь не одолеть. Хворь подбиралась долго, овладела довольно большим плацдармом, и потому надо шаг за шагом очищать территорию от захватчика. Кстати, не исключено, что увлечение пациента борьбой подхлестнуло развитие заболевания. Этот вид спорта предусматривает позы и положения, связанные с повышенным давлением на позвонки шейного отдела. А они не рассчитаны на сверхнагрузки.
Поступил в нашу организацию на лечение мужчина в возрасте 47 лет. К тому времени почти двадцать лет подряд прожил под прессом каждодневных страданий. Заболел, работая еще в комсомоле, в единственно возможных в то время «университетах» управления (на сегодняшнем языке — менеджмента).
Большие нервные перегрузки в той среде было принято нивелировать выпивкой. У парня развился диэнцефальный синдром. Чрезвычайно тяжёлые кризисные ситуации укладывали молодого человека в кардиологические стационары. За два десятилетия он обошел все кардиологические и неврологические центры Киева. Без исключения. В каждом побывал многократно.
Человек способный, творческий. Отлучки в больницы не очень-то сказались на его карьере. В перерывах — нагонял, и довольно успешно. Но каждый раз, ложась в больницу, думал, что уже не выйдет из неё через парадные двери, что состояние не изменится к лучшему. Не женился, чтобы не омрачать никому жизни и не оставлять сиротой ребёнка.
Со временем ему пришлось возглавить довольно крупную строительную организацию. Тут уж без частых перемещений по городу и окрестностям не обойтись. А как ездить, когда общественный транспорт да и персональный «козлик» — хуже пыточной камеры. Так получилось, что его полюбила женщина — прекрасный автомобилист. Когда любимая за рулем, он себя чувствовал спокойней. Только рядом с нею мог выносить поездки.
