— Ага, они самые, — он увлеченно, не отрываясь от планшета, управлял одним из дронов, вел его к фургону. — Оценивают результаты работы, собирают тела, наводят кругом порядок и отчитываются Генри. Частично помогут нам со сбором игрушек. — Вдруг мужчина задумчиво насупился и посмотрел вдаль, в никуда.
Заметив это, Браун проследил за его взглядом, но ничего необычного не обнаружил.
— Ты чего?
— Чертовски надеюсь, что мою винтовку не угробят… — прошептал Фрик еле слышно. Он ни разу не моргнул.
С комментариями старшеклассник не нашелся, потому просто качнул подбородком, мол, понимаю тебя, и сосредоточился на том, чтобы мини-дрон долетел целым и невредимым. Ничего подобного юноша прежде не делал — радиоуправляемых самолетиков у него и впрямь никогда не было, — однако справлялся довольно неплохо. Он быстро учился.
— Эми и взрывчатку для вентиляции ты перетаскивал при помощи тех громоздких махин? — юноша кивнул в сторону закрытого салона.
— Верно, — неформал моргнул и продолжил работать с пультом, теперь уже спокойно поглядывая на экран планшета. — При помощи большого дрона я доставил и баллоны с газом к приточной шахте на крыше. Все это пришлось делать заранее. Очень заранее. Им пришлось летать ночью последовательно, чтобы не привлекать внимание. Это тебе не малыши с камерами, которых легко спрятать.
— Кстати о вентиляции, — Франк Браун успешно посадил один из дронов возле себя и переключился на следующий. Его взгляд бегло скользнул по напарнику. — Чем надышались «Дьявольские кости»?
— Кое-чем очень смертельным. Один: один, друг! — Рядом с Фриком тоже приземлился кроха с черным корпусом.
Юноша протяжно выдохнул, чувствуя тяжесть растущего раздражения. Он переформулировал вопрос:
— Что за газ?
— Какая разница? Зачем тебе это знать? Важно то, что ублюдки мертвы. Разве нет?
Ответом неформалу послужил многозначительный взгляд. Браун хотел знать. Не просто хотел, он требовал. Сперва Фрик решил, что это каприз любопытного подростка. Потакать подобному он не собирался. Но затем вдруг понял, что ошибся. Сощурившись, он разглядел там, за мелкими точками зрачков юноши, дрожащее от напряжения желание воссоздать в фантазии картину мучений, которым подверглись «кости».
«Я хочу знать, как мерзавцы получали по заслугам», — читалось в переполненных злобой глазах Франка Брауна.
— Послушай, — начал Фрик с неохотой. — Ты уже понял, что для выполнения работы клан Луккезе во многом развязывает мне руки. Многое из недоступного среднестатистическому жителю города может стать доступным для меня, — он выдержал паузу, все еще колеблясь, рассказывать или нет.
Юноша его не перебивал. Он посадил последний дрон и теперь со всей серьезностью внимал неформалу. Тот вздохнул, опустил голову и продолжил, вперившись в планшет:
— Этот газ являлся беспощадным химическим оружием во времена Первой мировой войны. Хлорциан, если слышал… Быстро действует, вызывая удушье и поражение нервной системы. — Последний мини-дрон тоже совершил успешную посадку возле собратьев. — Теперь он числится среди запрещенных из-за высокой токсичности даже в небольших концентрациях.
Фрик повернулся к Брауну и с хмурой физиономией положил руку тому на плечо. Глядя в глаза, он заговорил, как строгий учитель:
— Никогда не повторяй мои трюки дома. И не только дома.
Он убрал руку.
Теперь же Франк мог сколько угодно представлять, как банда Ромула корчится, раздирая глотки, как все они страдают в предсмертном припадке…
С этим знанием пришло некоторое облегчение. Юноша даже почти улыбнулся, но этого никто не увидел.
Вскоре к крупным дронам в салоне присоединились и маленькие дроны с камерами. Браун уложил их компактно, придерживая странный тубус у стенки, чтобы тот не свалился.
Фрик уселся за руль, а его напарник расположился на сидении рядом. Неформал завел двигатель, и автомобиль медленно тронулся с места, направляясь далеко на северо-запад. Старшеклассник долго молчал, смотрел в окно, наблюдая, как мимо проносятся улицы и здания. Яков в отражении вызывал у парня напряжение, параноидальное недоверие к его беспамятству. Поначалу Франк пытался отвлекаться, размышлять о странном районе, куда они едут, но все равно мысли возвращались к подонку в салоне. К убийце Роберта.
Вдруг он сейчас очнется? Что делать, если его уродливая сестра вылезет из шеи и набросится? Быть может, тогда накормить тело Якова пулями? Раздавить ему череп прежде, чем Джулия сожрет всех?
Ярость Франка Брауна так и жаждала вырваться на волю. Вымышленные кадры насилия проносились в сознании подростка, совершенствуясь с каждым разом. Ему хотелось разорвать Якова так, как никто никого не разрывал за всю историю существования Земли.
Брата переваривала Джулия. Топила в себе и переваривала! Однако, Браун решил, что Яков будет страдать еще сильнее. Нужно придумать нечто такое, от чего бы воротили лица даже самые отмороженные садисты.
Но если служитель проснется прямо сейчас?
