— Да, — Реми охотно согласилась. — Я иногда на него сержусь. Ведь у меня нет любовников. Честно, — она посмотрела на Серёгу, — кроме него. А Саша всегда подозревает, что я могу быть неверна. Вот посмотрит кто-то на меня, и он уже злится. Мне тяжело с ним.
— Так расстанься.
— Думала… — Аннет нахмурилась. — Но не решилась. Он ведь может меня жалеть, любить, а потом так сердится, что я боюсь.
— А почему он не женится на тебе?
— Потому! — Реми фыркнула. — Он из хорошей семьи. Капитан гвардии. Родители пригрозили ему, что если женится без благословения, то ни копейки не дадут! А у него расходов много, а жалование плохое.
— Понятно, — Минус хмыкнул. — Большой маменькин сынок.
— Он хороший, — Аннет надула губы. — Просто…
— Давай не будем об этом, — Серёга махнул рукой. — А то ты ещё на меня обидишься.
— Не обижусь, — Реми улыбнулась. — Ты прав. Но без него плохо.
— Я понимаю.
— Да, — Аннет вздохнула. — Ты меня понимаешь. А зачем ты приехал?
— Был в Петербурге и решил навестить. Мне твой рассказ помог. Держи! — и Минус протянул чёрную коробочку.
— Красота! — раздался восхищённый голос Реми. — Какая красота!
— Я рад, что тебе понравились.
— Ещё бы! — француженка очарованно уставилась на подарок.
Золотые часы, украшенные рубинами, блестели в её маленькой ладони. К ним шла шейная цепочка. Крышки покрывала искусная резьба в виде цветов.
— Я не знал, что подарить, — проговорил задумчиво Серёга. — Не хотел доставить тебе проблем. Если хочешь, давай на них маленькую гравировку сделаем, якобы подарок от Ольги Борисовны. Я с ней договорюсь, чтобы подтвердила в случае чего.
— Давай! — Реми охотно согласилась. — А то я не знаю, что сказать. Ведь не станешь же их прятать! Они такие красивые!
— Смотри сама. Как хочешь.
— Нет, ты хорошо придумал! Только давай сразу сделаем. Можно к Муру заехать, здесь недалеко.
Большой ювелирный магазин занимал первый этаж доходного дома. Реми помялась немного, но дожидаться в машине не захотела. Гравёр занимал будочку в правом углу. Сухощавый старичок приподнял голову и поглядев на часы, запросил два рубля. Минус кивнул. Ожидая, пока надпись будет готова, он подошёл к Реми, которая во все глаза смотрела на эмалевые ложечки.
— Нравятся? — Серёга усмехнулся. — Давай купим. Только вместе с часами не показывай. Не поверит.
— Нет, — Аннет помотала головой. — Меня сюда приводить нельзя. Я бы половину купила, будь у меня деньги!
Они негромко разговаривали. Покупателей было немного. Только пожилой человек в сюртуке, нахмурившись, рассматривал запонки, и двое молодых людей замерли у одной из витрин с кольцами, о чём-то болтая. Гравёр подал знак. Минус направился к нему. За спиной распахнулись двери и с улицы ворвался холод. Серёга машинально повернул голову. Какая-то женщина, лет сорока, в роскошной собольей шубке, изящно ступая, шла рядом с офицером. При взгляде на его погоны, Минус едва не поднял брови, рассмотрев полного генерала. Лицо этого человека ему не встречалось в газетах. Серёга отвёл взгляд и расплатившись, обернулся.
К его удивлению, Аннет натянуто улыбалась, разговаривая с вошедшей дамой. Генерал бестолково глазел по сторонам. Минус спокойно прошёл мимо, игнорируя присутствие Реми. Та, казалось, вздохнула с облегчением. Краем глаза Серёга уловил цепкий взгляд женщины. Минус завёл автомобиль и немного отъехал в сторону, дожидаясь француженку.
— Ох! — произнесла Аннет, усаживаясь в салон. — Ты правильно поступил, хоть она и догадалась.
— А кто это?
— Матильда.
— Та самая?
— Да, — Реми кивнула. — Из Лондона вернулась, теперь Сергея Михайловича выгуливает. Она умеет деньги отнять.
— Я заметил, — Серёга усмехнулся. — Женщина ещё та. Хватка железная, сразу видно. Знаешь, в Англии собаки есть такие, бульдоги. Говорят, когда они кусают, то потом не могут пасть открыть, так цепляются, что только разжимать челюсти. Вот у этой дамочки хватка покрепче будет.
Аннет засмеялась.
— Да! — добавила она, фыркая от смеха. — Матильда своего не упустит. А любопытная… — Реми прищурилась. — Сплетни покоя не дают.
— Она твоему не расскажет?
— Ты что⁈ — француженка усмехнулась. — Да она и со мной заговорила только из любопытства. А так знаешь, какая важная⁈ — и Реми задрала нос, передразнивая балерину.
— Видел, — Минус улыбнулся. — Тебя домой отвезти?
— Домой? — Аннет хитро улыбнулась. — Нет. Давай посидим где-то. Только подальше отсюда. Можем в «Спарту» поехать. Там отдельные кабинеты есть. Нам никто не помешает.
— Хорошо, — кивнул Серёга. — Только дорогу показывай. Будешь моим штурманом.
— А это как? — Реми прищурилась.
— Курс прокладывать. Как на корабле.
— А… — с наигранным разочарованием протянула она. — Я уже подумала, что это что-то неприличное…
— И собиралась отказаться?
— Не знаю… — француженка усмехнулась. — Может и согласиться…
Глаза Реми блеснули и она легко коснулась Минуса рукой.
— Вон туда, — произнесла Аннет, указывая влево, — а потом свернем в переулок.
В «Спарте» было уютно и тепло. Реми раскраснелась. Она изрядно проголодалась за день и только когда дошёл черёд до фисташковой шарлотки, негромко проговорила:
— Здесь хорошо.
