— Так ему и надо! — уверенно произнесла женщина. — Я одобряю ваш поступок. Но Пете придётся трудно. Ведь требуют раскрыть. Андроников водил знакомство с Распутиным, и для многих был полезным человеком. Гадким, но полезным.
— Извините, что так вышло. Я не хотел причинить вам неприятности.
— Не извиняйтесь, — Ольга Борисовна оборвала его. — Петя зол потому, что его обсуждают, а не только из-за убийства князя. Но я так скажу, — женщина фыркнула. — Пусть лучше обо мне распускают тёмные сплетни, чем презирают! Да! — выдохнула она. — Я по горло сыта презрением! После взрыва на Аптекарском острове многие жалели мою семью. Но почти никто искренне! За моей спиной радовались моему горю!
Серёга промолчал. Ольга задумчиво уставилась на него:
— Я благодарна вам, — сказала она тихонько. — Вы сделали очень многое для нашей семьи. Вы спасли моего мужа! Всё, что окажется в моей власти, я совершу для вас. Обещаю. Я не позволю упрятать вас в тюрьму. Ни за что!
— Спасибо, — Минус улыбнулся. — Я рад, что познакомился с вами. У вас хорошая семья. Сразу видно, что вы любите друг друга.
— Да, — женщина кивнула. — Очень.
— Поеду я, — Серёга пожал плечами. — Может, ещё успею на поезд. Я не стану писать, — добавил он тихо, — но вы не обижайтесь. От вас я жду писем. И если будет нужно… То я приеду. Вы можете на меня рассчитывать.
— Благодарю, — Ольга Борисовна улыбнулась. — Приятно расставаться без огорчения. Вы необычный человек, Семён. Я желаю вам удачной дороги. И я напишу. Обязательно напишу.
— Всего доброго! — Минус подмигнул ей. Он завёл двигатель прокатного «бенца» и покатил в сторону Варшавского вокзала.
— Ты чего там отыскал? — Титов протянул руку к документам.
— Договор, — Серёга усмехнулся. — Об изготовлении орудийных лафетов. Ты же хотел что-то конкретное раздобыть. Вот.
— Знакомая фамилия, — подполковник прищурился. — Почти одна семья. Удобно выходит.
— Удобно, — Минус кивнул. — Можно ещё бумаг нарыть, но деньги нужны. Я за свои больше покупать не стану.
— Найдём, — Титов поглядел на него с одобрением. — А ты времени не терял. Я было выговорить хотел, что слежку прошляпил за генералом, но этот договор важнее будет.
— Да как сказать, прошляпил, — Серёга скривился. — Нет возможности за ним следить. Ведь глупо получается. Он катается от одного приема к другому. А внутрь доступа нет без приглашения. И как быть? Он точно не станет передавать сведения посреди улицы. Бестолку выходит работать, если в круг знакомств подход не найти.
— Да, пожалуй, что так. Я понял. Брось тогда его. После разберемся. Лучше бумаги по Сухомлинову ещё раздобудь.
— Постараюсь, — Минус пожал плечами.
— Как там, в Нью-Йорке⁈ — подполковник хитро улыбнулся.
— Не спокойно, — неохотно ответил Серёга. — Террористы шалят. Как и у нас.
— Красиво вышло, — Титов одобрительно кивнул. — Аркадьевич не дурак, стало быть. В голову метил. А я, грешным делом, подумал, что в адъютанты тебя всё же решился назначить. Удачно сработал, Семён.
— Удачно.
— И не хмурься! — подполковник фыркнул. — Будто я тебя допрашиваю!
— Не в этом дело, — Серёга усмехнулся. — Я просто задумался, что изменилось со смертью Шиффа.
— Многое! — Титов удивился. — Ведь он мешал займы брать на американском рынке. Сам не давал и остальных банкиров отговаривал. А теперь дорога открыта, стало быть.
— Думаешь?
— Ясное дело. Теперь задумаются, что дать кредит выгоднее, чем с ангелами беседовать. Жиды смерти боятся пуще всего. С ними только так и нужно. Вот увидишь, что займы одобрят. Столыпин хитро поступил. Без денег войну не выиграть.
Минус кивнул головой:
— А ты чем занимался?
— Ерундой, — Титов зло толкнул бумаги по столу. — Убивает меня это проклятое сиденье в кабинете! В академию генерального штаба предложение направил. Чтобы они не выдавали офицерам деньги.
— Какие деньги?
— На лошадь и сбрую. Ведь положено так. Только не покупает никто лошадей. Кто долги раздаёт, кто в карты спускает. А потом пешком ходят. Позор! Я и предложил, чтобы академия сама лошадей покупала и вместо денег выдавала коня. Тогда уже его не продать. Казённое имущество. Но они отписку прислали, что не имеют возможности закупать лошадей и поступают согласно приказа. Только бумагу перевёл на письма.
— Это они и на войну в случае чего пешочком потопают?
— А то как же? Лошадей лишних нет. Занимать станут, если придётся, чтобы хоть какого одра купить. Ты себе купи коня! — Титов строго посмотрел на Серёгу. — Ведь ездить не умеешь. Ветеринар…
— Не хочу.
— А нужно. Ты думаешь, если до войны дойдёт, то на моторе разъезжать станешь? Чёрта лысого! Завязнешь в грязи и все дела.
— Ты прав, — неохотно согласился Минус. — Придётся купить. Только ты выбирать будешь.
— Хорошо. Но не на рынке. На конезавод отправимся. Я и себе собирался присмотреть.
— Поедем, — кивнул Серёга. — А куда?
— Можно под Миргород, — Титов задумался. — А можно на Деркульский. В Деркульском подороже, но лошади отменных кровей. Туда поедем.
— Рублей пятьсот за коня?
— Может и больше.
— А кто-то жаловался, что с деньгами туго.
— Заработал немного, — подполковник усмехнулся.
