Наконец экипаж добрался к дому старого Моисея. Только въехали во двор и Серёга соскочил на землю, как из беседки раздался Либин голос:
— Иди сюда, Сеня. Поговорить надо.
— Сейчас, отнесу вот это и приду.
— Нет, ты сейчас иди!
Минус вошёл в беседку, грохнув ящиком о сиденье:
— Что случилось⁈
— Рассказывай! — глаза Либы метали молнии.
— О чём⁈
— Не прикидывайся! Про женщину свою, которую ты заставил от ребёнка избавиться!
Минус разинул рот:
— Ты чего⁈
— Ты зачем к Шмулю без меня поехал⁈
— Не скажу, — Серёга усмехнулся.
— Тогда всё, Сеня. Поссоримся.
Минус посмотрел на неё, раздумывая. Такой злой Либу он никогда не видел. Серёга негромко проговорил:
— Гляди, через месяц стыдно будет! Не могу я сказать, — он легко ударил рукой по ящику. — Примета такая есть. Нельзя подарки дарить заранее.
— Это мне⁈ — Либа смутилась на мгновение.
— Тебе! — Минус рассердился. — Только сейчас смотреть не дам! Зачем поехал — зачем поехал! Спрятать это хотел! А ты…
— А что я⁈ — Либа фыркнула. — Ты свинья, Сеня! Настоящая свинья! Как ты можешь меня обманывать! Ты что думал, мне никто про неё не расскажет⁈ Да наперегонки говорят, лишь бы мне настроение испортить! А ведь Белла знала про неё, но ничего не сказала! Тоже мне, подруга!
— Ты из-за Светки так рассердилась⁈ Ты чего, Либа⁈
— Да! Или скажешь, радоваться я должна! Никогда бы не подумала, что ты можешь так поступать с женщиной! Ведь говорят, она такая бледная приехала, что просто ужас! Ты и меня бы насильно к врачу отправил, если бы я забеременела⁈
— Я думал, ты умнее! — внезапно рассмеялся Минус. — Ты меня можешь спросить, а не слушать каких-то дур⁈ Помнишь, мы договаривались⁈ У меня от тебя секретов нет. Если спрашиваешь, то я отвечаю.
— Тогда сам рассказывай, — Либа немного притихла. — Только не вздумай обманывать!
— Помог я ей, — Серёга проговорил негромко. — Она в Киеве жила. Убить её хотели, а я не дал. Пришлось сюда отправить, чтобы там не искали. Болела она. Малокровие, наверное. Некого мне было попросить за ней смотреть, кроме Шмуля. Деда твоего не стал беспокоить. Только насчёт паспорта с ним договорился. Вот и всё. Не знаю, кто там тебе чего насочинял.
— Правда⁈ — Либа с сомнением посмотрела на него.
— Если думаешь, что вру, зачем спрашиваешь⁈ Я твои выходки терплю, но не перегибай!
— Обнял бы меня, чего столбом стоишь⁈ — Либа хитро улыбнулась.
Минус сел рядом и щёлкнул её по носу:
— Таких вредных не обнимают!
— Как раз таких вдвойне нужно! — Либа задрала нос и обхватила Минуса обеими руками. — Хорошо, Сеня, что ты не врёшь. Ведь точно, не врёшь⁈
— Точно! — Минус защекотал её. — Какая ты вредина! Кстати, я Свету сегодня к нам на ужин позвал. Только чтобы без скандала. Она и так боится приходить.
— А зачем ты её позвал⁈ — Либа с сомнением посмотрела на него.
— С тобой познакомить! Чтобы не надумала ты себе ерунду! А ты раньше успела! Нет у меня с ней ничего и не было! Не вздумай ревновать! Ведь можешь же ты не ревновать к Белле!
— К Белле могу, — Либа кивнула неохотно. — Я вижу, как ты на неё смотришь. Но надолго бы я тебя с ней всё равно не оставила!
Минус засмеялся и прижал Либу к себе. Она тихонько прошептала:
— А что в ящичке, Сеня⁈ Ну можно, я одним глазом загляну⁈ Можно?
— Нельзя! — Серёга демонстративно нахмурился. — Сейчас отнесу и спрячу! И замок на него повешу!
— Всё равно мне ключ отдашь! Вот посмотришь!
— У тебя и так есть, — Минус улыбнулся, глядя, как она удивилась. — Ко мне. А от ящика не получишь! Одиннадцатого июля, Либочка! И ни днём раньше!
— Нечестно! — она фыркнула. — Теперь думать каждый день, что там лежит!
— Сама виновата! Нечего лезть с расспросами! Надо было розги подарить, как Анечка когда-то хотела! Я бы давно подарил, но меня одно останавливает.
— Что, мою красивую попу жалко?
— Нет, — усмехнулся Минус. — Я боюсь, вдруг тебе понравится.
Старый Моисей действительно очень сдал. Движения стали неловкими, ноги быстро уставали и старик не расставался с резной тростью. Но самым худшим оказалось то, что возраст коснулся и его разума. Нет, старый еврей ещё неплохо соображал, но поглядев ему в глаза, Минус уловил в них какую-то рассеянность и неуверенность. Серёге было больно видеть старика таким.
— Хешел писал мне, что у вас всё удачно сложилось. Это очень хорошо, но Семён, будьте очень осторожны. За моей Либи придётся смотреть вам! Анна добрая душа, но она всё-таки женщина! Берегите себя. Я волнуюсь за свою маленькую Либочку. Если с вами что-то случится, то не знаю, что Либи будет делать. За ней ведь нужно хорошо смотреть, чтобы она не натворила глупостей. А теперь, — Моисей печально повертел тростью, — я не смогу долго помогать ей.
— Я постараюсь, — серьёзно проговорил Минус. — Не беспокойтесь. Но скажу честно, я боюсь загадывать дальше первого сентября. Очень боюсь, почему-то.
