— Ты так не шути, — Минус улыбнулся, — а то я его знаю. Таких приведёт, что ты отсюда аж до свиней добежишь, лишь бы от красавиц подальше. Бывай, Винни! Пока, пацаны!
— Иди уже, трепло! — Винни вытолкнул его наружу и занавесил вход хитрой маскировочной сетью.
— И не видать, — хмыкнул Грек, — вот прям рядом, а не видно.
— Уходим, хорош трепаться! — Вест насторожился. Туман потихоньку таял и четвёрка побрела обратно уже в молчании, прислушиваясь к небу. Минус раньше всегда любил смотреть на него, а теперь он привык ждать оттуда только очередную пакость. Сброс, камикадзе или крыло-корректировщик. Ничего хорошего это небо больше не предвещало ему и Минус давно перестал любоваться им. Он поправил МЦ и зашагал последним.
Ебись оно конём! Накаркал, бля! Вот и пиздуй к этой прекрасной женщине! — Вест в шутку нахмурился. — Поедешь со мной, Трепачевский. Муха поручил привезти всякого хлама, а то больше некому. Поедем заберём, заодно документы в штаб передадим.
— Тебя так и тянет к ней. Это судьба, как ни крути.
— Пошёл ты… Я не верю в судьбу.
— Ага, не звезди. Когда Плотника убило, что ты сказал⁈ Что от судьбы не уйдешь. Вот так, друг.
Вест промолчал. Он вспомнил Плотника, который вдруг внезапно загрустил и стал задумчив. Его тормошили, но он только отшучивался. Только потом, когда они оказались на Большой Земле и выпивали в очередном кафе на трассе, Плотник рассказал ему и Минусу, что видел сон, в котором узнал, будто умрёт осенью. Он так и не рассказал, что именно увидел в этом сне, но был уверен не на шутку. Вест с Минусом уже забыли об этом, как первого сентября прилетела одна-единственная сто двадцатка и уложила Плотника наповал. Одна-единственная за всё утро. Маленький осколок попал ему под каску и глядя на него, Минус вспомнил про этот сон. Осень, как не крути. После этого Вест стал немного суеверным. Вот и сейчас, он перекрестился и произнёс:
— Царство небесное Пашке и всем остальным пацанам.
Минус тихо произнёс:
— Хорошо, если оно существует.
— Но ведь что-то должно быть, — ответил ему Вест, — как тогда объяснить этот Пашкин сон?
— Конечно, что-то должно быть. Вот только, скорее всего, совсем не то, как рассказывают. Хотя, знаешь, я не против узнать об этом попозже.
— Я тоже. Ну тебя нахрен, с такими темами. Поехали!
Минус открыл измятую дверь буханки и запрыгнул на пассажирское сиденье. Вест покачал головой и сел за руль:
— На обратке ты поведешь!
— Да хоть сейчас. Мне пофигу.
— Ладно, — Вест завёл двигатель и обваренная сетями от дронов, машина медленно двинулась по разбитой дороге, постепенно набирая скорость. Выйдя на трассу, Вест утопил педаль газа и грохоча каждым болтом УАЗик понесся вперёд, лавируя среди ям. Вдоль дороги то тут, то там виднелись силуэты сгоревших машин. Уралы, КамАЗы, буханки, пикапы. За поворотом рыжела громадой железа искореженная мотолыга. Вест неловко перекрестился, проезжая мимо:
— Памятник бы здесь пацанам поставить…
— Хорошо бы, — мрачно кивнул Минус, — а вообще тут везде можно памятники ставить, не ошибёшься.
— Да, — тихо ответил Вест, — это точно.
УАЗик свернул с трассы и запрыгал по ухабам. Слева виднелся город. С изувеченной осколками стеллы «Добро пожаловать» сорвались несколько ворон и закружились в воздухе.
— Охуенно встречают! — буркнул Минус. — Эти точно рады, что мы приехали.
Впереди на «блоке» маячила древняя «тройка» с прицепом, в котором жалобно похрюкивало двое свиней. На этом «блоке» стояли не ВПшники, а бойцы их же бригады. Высокий и худой Птица спрашивал у водителя:
— Я не понял, Мопс, это чё за херня⁈ Нахрена ты их привёз⁈
— Пленные, бля. Неужели не видно⁈ В штаб везу. Вон погляди, — Мопс махнул рукой, указывая на одну из свиней, — погляди на его рожу, ну чисто комбат восьмидесятки! Да за него мне должны «мужика» дать, как минимум!
Птица заржал:
— Вот балабол. А если серьёзно⁈ Ну нахрена их тащить⁈ Они столько трупов пожрали вокруг, что никаких шашлыков не захочется. Застрелить надо было и пиздец.
— Ага, застрелить! Ты бы всех стрелял, без перебора! Это обменный фонд, бля!
— Чё, нах, экстракшен в Турцию⁈ — Птица не мог успокоиться. — На кого менять-то будешь?
— Не на кого, а на что! Деревня! Ладно, хорош базарить. Поехал я уже, а то Тихий ждёт давно.
Птица махнул рукой.
Вест покачал головой, подъезжая ближе:
— Здорово!
— И вам привет, раздолбаи! — Птица широко улыбнулся. Его худое большеглазое лицо и вправду напоминало птицу. — Чё там у вас⁈
— Поездка по святым местам! — Вест ухмыльнулся, протягивая БР.
Птица взял бумагу и бегло пробежал глазами:
— Понятно. Заезжайте! Машке привет передавайте!
— Не дождешься! — подмигнул Вест. — Нам конкурентов не надо. Шучу, Птица! Передам обязательно!
— Лады! — Птица кивнул и направился к Уралу, подъехавшему следом. Вест проговорил, обращаясь к Минусу:
— Живой всё-таки! Давно его не видел!
— Давно, — ответил Минус, — и его и Мопса. Доцента убило на той неделе. Виталик звонил.
— Ты говорил, — Вест помрачнел, — хоть я его и недолюбливал, но всё равно жалко.
