Я подошла к оббитому парчой стулу, который стоял напротив большого дивана, на котором сидел Алекс, и села. Скрестила лодыжки и аккуратно расправила юбки, с таким видом будто важнее этого ничего нет.
Виктория бы гордилась мной.
— Где она? — требовательно спросил Алекс.
Вау. Так прямо. Я прикусила губу.
— Кто?
— Не увиливай.
Я сложила руки на груди. Я могу притвориться дурочкой, отрицать или сказать прямо.
Будто срывая пластырь.
— С Трентом Рэллсмотом, — ответила я, наблюдая за его реакцией.
Глаза Алекса широко раскрылись, и он будто аршин проглотил.
— Парень с танцев? Где?
Вот черт, он совсем не выглядит радостным.
— Домик садовника на восточной стороне Харксбери.
Алекс вскочил, будто он — невероятный Халк — так быстро, я удивилась что диван не отлетел в сторону и не пробил стену.
Боже, это было глупо, он убьет меня.
Или бросит в одно из подземелий, уверена, что они у него есть…
— Пожалуйста, скажи мне, что их сопровождают хотя бы слуги, — сказал парень.
Я сжала губы и покачала головой.
Алекс раздраженно вздохнул и скрестил руки на груди с такой силой, что рукава его одежды подчеркнули все мускулы. И я попыталась перестать рассматривать это с какой-то другой стороны кроме как — этими руками он запросто может свернуть мне шею.
Что, почему-то, довольно сексуально. Его лицо пылало от гнева, глаза потемнели…
Стоп.
— И я полагаю, что ты устроила это свидание?
Я встала, потому что не могла больше терпеть то, как парень возвышался надо мной.
— Да. Она не должна выходить за Денворта. Это бы превратило её жизнь в ад. Так что она решила сбежать с Трентом. Мне все равно, что ты себе думаешь, это было правильное решение.
Алекс сделал несколько медленных глубоких вдохов, а потом отвернулся от меня. Я не могла видеть его лицо. И это плохо, что, черт побери, происходит в его голове?
— Ты дура, — сказал он. Так тихо, что я не уверена что расслышала правильно.
— Что?
— Дура, — теперь громче повторил Алекс. Да, ошибки быть не могло, — не имеет ни малейшего значения, что хочет он или она. Её отец не одобрит этот брак!
Я перестала дышать.
— Что?
— Ей будет двадцать один через три года! А сейчас её отец должен подписывать бумаги разрешающие жениться!
Пустота медленно разрасталась у меня внутри, пока меня всю не начало колотить. Я сжала руки в кулаки, чтобы Алекс не видел, как дрожат мои пальцы.
Почему Эмили ничего не сказала об этом? Как она могла не знать о том, что её отец должен подписать какие-то бумаги, для того чтобы они с Трентом поженились.
Я замотала головой.
— Но он должен согласиться с этим. Она теперь не нужна Денворту. Он разорвет помолвку. У её отца не останется выбора, — с каждым словом мой голос звучал все более жалко.
Алекс повернулся так стремительно, что я наступила на юбки, и ему пришлось схватить меня за руку, чтобы я не упала.
— Ты не понимаешь, Ребекка.
То, как он произнес мое имя, из-за этого мне захотелось сбежать как можно дальше.
— Её отец злобный человек. Он не виделся со мной с тех пор, как умер мой отец, ведь если бы не я, то он стал бы герцогом Харксбери. Думаешь, подобный человек прислушивается к аргументам? А теперь, когда Эмили пошла против него, он скорее позволит ей остаться старой девой, чем одобрит мужа, которого она выбрала себе сама.
Его слова звенели в моих ушах, но я отказывалась их слышать.
Полный провал. Вот это что.
Я подвела её.
План рушился на глазах, а вместе с ним жизнь Эмили. Как я могла допустить это?
Но нет пути назад, только вперед. Что-то должно сработать. Должен быть способ.
— Но это только до двадцати одного. Могут ли они просто встречаться… пока что?
Алекс покачал головой.
— Он её опекун. Её долг исполнять его волю. Если он решит запереть её в комнате до тех пор, пока ей не исполнится двадцать один год, то так и будет.
Меня начало мутить.
Губы Алекса все шевелятся, он что — продолжает говорить?
Что я наделала?
Эмили это тот тип людей, который и правда заслуживает любви.
Жизнь без нее…
Я с трудом добрела до стула, а потом ноги меня подвели.
Алекс издал неопределенный звук и запустил руку в свою шевелюру.
— Я должен исправить все, что ты натворила, и молись, чтобы мне это удалось.
Парень метнулся к двери, а потом остановился.
— И надейся, что моя мать не узнает об этом до того, как я все решу. У нее очень серьезные проблемы с сердцем. Я не прощу тебе, если её здоровье пошатнется.
Я кивнула, но не думаю, что услышала хоть что-то.
Провал. Я должна была придумать что-то другое, что-то, где не пришлось бы обманывать Алекса и красться за его спиной…
Я осталась одна.
Алекс ушел.
С трудом передвигая ноги, я нашла дорогу к фойе, где стоял швейцар.
— Письмо к лорду Денворту доставили сегодня?
«Пожалуйста, скажи нет. Пожалуйста».
Он кивнул.
— Да, несколько часов назад.
— Окей, — сказала я, почти ничего не видя перед собой.
Даже если бы я хотела все вернуть… уже поздно. Мы написали письмо о том, что происходит и отправили Денворту. Что она не достанется ему, а тайно выйдет замуж за Трента. Это была наша страховка, на случай если сплетни не дойдут до его ушей.
