— После гибели Дины он изменился… Я всегда знала — в его типи, у меня была вторая роль. С ней он предпочитал разговаривать, а со мной… спать. Я была игрушкой в его взрослой жизни. И он, как капризный ребенок, никогда не мог себе представить, что эту игрушку можно, кому-нибудь, дать поиграть…
— Это не игра, Зорька. Ты это понимаешь?
— Да… — она вновь опустила голову. — Я думала, после ее гибели он станет относиться ко мне, по-другому. Но он замкнулся — и обращался ко мне только в крайних случаях. Это даже Стара заметила…
— Вот оно что… — я вспомнил загадочные слова цыганки и только сейчас начал догадываться, что она имела в виду, когда говорила о том, чтобы я не оставил Зорьку своим вниманием…
— Сова очень любит тебя, — я присел возле девушки и взял ее ладони, в свои. — Он говорил мне об этом — и не раз. Может быть, он просто не умеет выразить свои чувства словами. Не все мужчины способны красиво говорить о любви — а он, тем более. Хоть ты и была так юна и наивна — разве не понимала, с кем связала свою судьбу? Мне и сейчас порой дико его слышать… словно он не от мира сего.
— Я была просто глупой девчонкой… А он — моим первым мужчиной. Ты можешь это понять? Первым — и последним… до Бугая! Я даже помыслить не могла, о ком либо, другом! Когда нас с Натой похитили — я сама бросалась на копья, только бы они не поступили со мной так, как поступили с Анной или Ладой! И я знала! Случись такое — я лучше сама себе вены разгрызу… Сова бы отомстил за меня! Но сейчас все произошло иначе — и он никогда этого не забудет!
У нее опять потекли слезы по лицу. Я достал платок и провел им по мокрым щекам:
— Возьми себя в руки. Я… попробую, что-нибудь, сделать. Шаман врачует души людей. Наверное, он найдет способ, чтобы излечить себя самого!
— Я не верю…
Зорька потянулась ко мне и медленно встала.
— Ты уходишь?
— Нет… Я не могу, Дар… ты хороший человек, более того — ты друг… настоящий. Но ты ничего не понял…
Она потянула шнурок на рубашке и повела плечами — ткань сползла вниз, обнажив загорелую кожу. Зорька смотрела мне прямо в глаза. Руки ее были опущены — я мог видеть всю красоту ее обнаженной плоти…
— Зачем ты?..
— Возьми меня. Сделай так, чтобы я забыла его — хоть на время!
— Нет.
— Я прошу тебя! Ни один мужчина не вправе отказать женщине в такой просьбе!
— А как потом я стану смотреть ему в глаза?
— Я все равно, шлюха! Какая разница — Бугай, или ты? Пусть вас станет много — тогда и его слова обо мне станут правдой. А я поверю в это — и успокоюсь!
— Одевайся… — я отвернулся и свел руки на груди. — Уходи. Я думал, ты пришла за советом — а ты хочешь крови… Так — боль не лечат.
— Я не уйду!
Она зашла передо мной, ее лицо исказилось.
— Я тоже могу чувствовать! И мне тоже больно! Сколько можно ждать? Да… я — бывшая жена твоего друга! Ну и что? Он вычеркнул меня из своей жизни! Теперь — я свободна! А ты сам сказал, что право выбора принадлежит девушкам… Я выбираю тебя! Почему вождь всего рода не может сделать того, что было можно одному из его мужчин? Бугай взял меня с таким напором — я не успела, даже опомнится! И я… я отдавалась ему так, как никогда до этого — Сове! И мне было хорошо! Очень хорошо! — она почти кричала, с вызовом бросая мне в лицо эти слова. — Да, это виновата та вода… Да, этого бы никогда не случилось — не окажись мы там вместе и при таких обстоятельствах! Но это случилось! А если бы твоя Элина, пошла вместо меня к роднику — а потом стала спать, с кем попало, из нашего отряда? Ты стал бы звать ее шлюхой? Я хочу стать шлюхой — по крайней мере, это будет заслуженно! Но я не хочу чувствовать себя виноватой — без вины! И я стану ей, даже если ты меня сейчас вышвырнешь отсюда! Не с тобой, так со Свистуном! С Волосом! С Чером! Да хоть с кем!
— Становись.
Я повернулся к порогу. Возле входа стояла Ната — бледная и решительная. Она резко подошла к Зорьке и толкнула ее на колени передо мной.
— Становись! Хочешь быть проституткой? Хорошо. Знаешь, что делают сучки, когда клиенты их не хотят, или не могут?
— Ната, я не… — Зорька растерянно смотрела снизу-вверх, не пытаясь подняться…
— Не хотела? Нет, милая, ты хотела! Они берут в рот! Знаешь, как это делается? Знаешь, конечно — столько лет жить с таким самцом, как индеец! Вот и покажешь, все свое умение. Со всем усердием, ты станешь помогать клиенту, поднять его «орудие». Что, против? Но шлюх, если отказываются — бьют! — Ната мгновенно отвесила Зорьке две звучных, очень жестоких пощечины, отчего голова девушки мотнулась в разные стороны. — Сейчас ты разденешь Дара! Медленно, с чувством — я проконтролирую, чтобы это было правильно! Потом, ты возьмешь его член себе в глотку — и боже тебя упаси выплюнуть, если он станет кончать! Потом ты вытрешь его, утрешься сама и опять сделаешь, то же самое. Когда он вновь будет готов, ты повернешься и предложишь ему свой зад!
— Ната! Не надо! Я не ста…
