На столе жестяные, отмытые до блеска помятые кружки, в такой же жестяной миске хрустящие хлебцы с изюмом. Увидев их, Джонатан сразу сообразил, что пока Роберт и Найджел делали ему массаж, Метьюз бегал за покупками. Да, когда он входил в дом, пахло совсем другим, «рабским» кофе.
– Как у вас началось, парни? На Хэллоуин.
– Ну, в понедельник всё было как обычно, сэр.
– Да, и ночь тихо прошла.
– А во вторник началось.
– Как? – с искренним интересом спросил Джонатан.
– Ну, рано, на рассвете ещё, – стал рассказывать Роберт, – пришёл один… Помните, сэр, он приходил и ругался? Сэр Фредди ещё сказал тогда, чтобы за ругань брать с него двойную плату, – Джонатан настороженно кивнул. – Он принёс нам листовку. Про торги, сортировки и прочее.
– Он показал её вам? – осторожно спросил Джонатан.
– Прочитал, – ответил Найджел и в ответ на укоризненные взгляды Роберта и Метьюза несогласно тряхнул головой. – Он палач, сэр, а они все были грамотными, – и явно продолжая начатый ещё раньше спор: – Нас он предупредил, спасибо ему, меня хотел до комендатуры проводить, тоже спасибо, а потом он что творил? Ну, был у него на тех беляков, простите, сэр, зуб, а дети при чём? Это как? И что который день от дома никто не отходит, это тоже… ему спасибо. Не так, что ли?
– Ну, ладно, – Метьюз, сдерживаясь, отхлебнул кофе. – А что палач он, ты с чего взял?
– А с того, – помрачнел Найджел. – Знаю, и всё.
– Ты ходил в комендатуру, Найджел? – спросил, возвращая разговор в прежнее русло, Джонатан.
– Да, сэр. Взял у него листовку и побежал.
– Да, мы сначала не поверили даже, сэр, но тут пришёл сэр Дэннис, подрядчик, – Джонатан кивнул, – и сказал, чтобы не открывались и сидели тихо.
– А если кто полезет, то чтобы посылали к нему, сэр.
– Да, сэр. И мы поняли, что это серьёзно.
– Ну и как, проводил он тебя?
– Я отказался, сэр, – Найджел усмехнулся. – Сам добежал. Страху, правда, набрался, конечно.
– А обратно?
– Обратно меня русские на грузовике привезли. И до самого дома проводили, сэр.
Джонатан кивнул.
– Рад, что у вас всё обошлось, парни, – Джонатан допил кофе. – Думаю, с понедельника клиенты опять пойдут. А на будущее имейте в виду. То в горку, то под горку, а по ровному редко бывает.
Последнюю фразу он сказал ковбойским говором, и парни не сразу поняли, а поняв – всё-таки летом крутились среди ковбоев – дружно рассмеялись.
– Да, сэр.
– Оно так и есть, сэр.
Джонатан встал.
– Спасибо за кофе, парни. Всё. До встречи.
– До встречи, сэр.
– Всегда рады вас видеть, сэр.
Они проводили его до дверей. И уже во дворе, остановившись закурить, Джонатан услышал над головой тихое:
– Зачем ты ему так про того сказал?
И ответ:
– Чтоб знал, кто у него за спиной может оказаться. Я эти кожаные куртки всю жизнь помнить буду.
Чувствуя, что остального ему слышать совсем не надо, Джонатан ушёл.
Так, теперь к Дэннису, ещё кое-куда, и в дорогу. Ну, надо же, что за штука такая – бодрящий массаж. Тело как на пружинах, горы свернёшь. Да, это уже профессионалы. Но получается… получается, что именно Найджел и переполошил русских. И значит, этот, телохранитель Ротбуса, пришёл к парням и предупредил, а Дэннис уже был потом, и Найджел помчался к русским. Лихо! Ладно, эту информацию пока в копилку, а там видно будет.
…Найджел вымыл и расставил на сушке кружки.
– Роб, надо всё-таки посуду купить.
– Да, – Роберт вертел в руках пёструю банку из-под кофе. – Неловко получилось, – поставил банку в шкаф. – Ещё на три раза хватит. Но так-то он довольный ушёл. Может, и впрямь… пойдут с понедельника.
Найджел оглядел убранную кухню и вытер руки.
– Пойдут, Роб. Ты вспомни. Кто у нас хоть раз побывал, тот уже ходит. Что, потянемся или сад будем делать?
– Найдж, – Метьюз оторвался от дверного косяка и подошёл к Роберту. – Откуда ты знаешь про палачей?
Найджел резко отвернулся от них, опёрся руками о края раковины и застыл так. Они молча ждали. И Найджел, не оборачиваясь, заговорил:
– Я полгода домашним был. У хозяина был такой… в куртке. И меня ему давали. В утеху. Хозяин женщин не терпел, а такому… в награду положено. А потом… потом хозяин ушёл и не вернулся. Я трое суток в камере голодный сидел, гореть чуть не начал. Приехала полиция, и меня отправили в распределитель. Как бесхозное имущество. Оттуда уже в Палас попал. Ну, и дальше…
– А тот?
– Раб-телохранитель называется. А так-то он палач, все они – палачи. А тот… он с хозяином ушёл. Как всегда. И больше я не видел его. Вот и всё.
– Найдж, так этот…?
– Нет, не тот, куртка та же, да и остальное. Он – палач. И не надо об этом. Не надо. Я же опять ночью спать не буду, чтоб не кричать. Как вспомню… – он не договорил, замотал головой и вдруг стал клониться вперёд, будто падал.
Метьюз и Роберт подбежали к нему, подхватили с двух сторон.
– Ну, Найдж, спокойно.
– Мы с тобой.
– Ты что, Найдж?
