– Нет. Он бы не оставил ее. – Элексис перекинул толстовку через плечо и в панике начал рыскать по земле. – Это его любимая. Он бы не оставил ее здесь.
– Вы, ребята, оба были не в себе.
– Не настолько не в себе.
– Я…
Элексис указал на сумку Логан. Слабый голубой свет пробивался сквозь швы. Она порылась в сумке и вытащила «ТермоГейст» на свободу, направив его на толстовку. Точно так же, как в эпизоде с ветряной мельницей «ПараСпекторов», устройство вспыхнуло сплошным синим светом. Она отвернула его от толстовки, и экран снова потемнел.
– Ты говорил с Ником? – спросила Логан. Ее язык казался свинцовым во рту. – После вечеринки?
Элексис покачал головой.
Логан закрыла глаза. Она тонула.
– Возьми эту толстовку. Мы идем в полицию.
Логан скользнула на пассажирское сиденье «Форда» и вздохнула. Это была лишь вторая ее поездка в полицейский участок округа Овайхи, но она уже устала от этого. Элексис остался там, разговаривал с шерифом Пэрисом и ждал, пока Грасия заберет его. В тот момент, когда они вышли из леса, Эшли стала более естественной. Темные круги под глазами исчезли, и она снова стала раздражающе здоровой девушкой с глазами лани.
Для Логан, с другой стороны, все стало сложнее. Тристан Грейнджер был пропавшим незнакомцем; Ник Портер был пропавшим другом. Ее желудок скрутило так, что она подумала – ее сейчас вырвет.
– Думаю, нам стоит поговорить, – сказала Эшли, садясь за руль. – Я все еще не… Я просто в полном замешательстве.
Логан кивнула. Они выехали от участка на пустынное шоссе к ранчо Бартон, из динамика лился негромкий и страстный гитарный перебор.
Эшли прикусила нижнюю губу, не сводя глаз с дороги впереди.
– Я схожу с ума? Типа, это ненормально. Я знаю, что это ненормально – видеть призраков и все такое. Я даже не знаю, возможно ли это.
– Ты не сходишь с ума.
– Тогда что со мной происходит?
Логан вздохнула.
– Я не знаю. Дело не только в тебе. Я не в себе с тех пор, как попала сюда.
Эшли прищурила глаза.
– Мне снятся эти странные сны. – Логан посмотрела в окно, водя пальцем по резиновому уплотнителю, окаймлявшему стекло. – Это похоже на обычный сон, а потом, вдруг, я должна начинать копать.
– Как будто ты что-то ищешь?
– Нет. Я копаю могилу. – Логан поерзала на своем сиденье. – Для себя. Я заползаю внутрь, и кто-то начинает бросать в меня землю. Я не могу дышать, а потом я просто… просыпаюсь.
– Кто тебя хоронит?
Логан посмотрела на Эшли. Даже сейчас, в пикапе, далеко от душного мира ее кошмаров, она как будто не могла дышать.
Губы Эшли скривились в мрачной ухмылке.
– … это Брэндон?
Логан отвела взгляд.
Когда они добрались до ранчо Бартон, солнце уже скрылось за холмами на горизонте, окрасив небо жутким красным свечением. Весь свет в доме был выключен, насколько могла судить Логан, за исключением одного окна с правой стороны дома, выходящего на пустые поля. Желтый огонек внутри мерцал.
– Это твоя комната? – спросила Логан.
– Да, – сказала Эшли, – но я не знаю, почему там горит свет.
– Хм. Ты уверена, что я могу войти? – спросила Логан. Что-то в безупречном фасаде дома ей не нравилось. – Твоей маме все равно?
– Ее нет дома. – Эшли лениво указала на подъездную дорожку. – Машины нет.
– Логично, – сказала Логан. У нее закружилась голова. Странная тошнота Эшли в лесу, ее кошмары и исчезновение Ника были как-то связаны. Это не было тихо и медленно, как в последние несколько недель. Что-то происходит сегодня вечером. Она чувствовала это в своем теле, в воздухе, в земле под ногами.
Может быть, этот страх был той Темнотой в Снейкбайте, о которой упоминала Грасия.
Они молча вошли в дом. Главная комната была именно такой, какой ее представляла себе Логан: сельское убранство, бежевая мебель и побеленные стены. Это был дом, похожий на настоящий дом. Такое место, которое фотографируют для модных журналов. Логан давно не бывала в подобных местах. Она попыталась подавить зависть, поднявшуюся в ее груди.
Из коридора донесся грохот, похожий на стук металла по дереву.
Глаза Эшли расширились.
– Шум как будто из моей комнаты.
Логан кивнула, и они направились на звук.
Комната Эшли удивила. Там была двуспальная кровать, покрытая розовым лоскутным одеялом, ученический письменный стол у стены и книжная полка, уставленная старыми учебниками, единственной целью которых было собирать пыль. Комната Эшли была скромной и безликой, как сохранившееся воспоминание. Логан предположила, что именно так выглядела комната всю жизнь Эшли. Это была комната девушки, которая никогда не знала себя достаточно хорошо, чтобы сделать ее своей.
Воздух в спальне был таким густым, что становилось душно. Логан заметила источник грохота. Пробковая доска объявлений Эшли лежала лицевой стороной вниз посреди комнаты, вокруг нее были разбросаны обрывки полароидных фотографий: фотографии Эшли с Баг и Фрэн, Эшли на ранчо, Эшли и Тристан. Окно над ее кроватью было широко открыто. Ветер со свистом врывался через окно, колыхая шторы, как дыхание призрака. Было совершенно разумно предположить, что ветер опрокинул доску объявлений.
