- Капита-а-анчик!!! – из-за угла вырулила лейтенант Мацумото, неунывающая, вечно юная и прекрасная. Ее идеальное лицо светилось радостью, голубые глаза сияли, восхитительные светлые волосы густой волной ниспадали на впечатляющий бюст. – А я вас ищу! – пропела Мацумото, распахивая объятия и направляясь к своему начальству.
Мелкое начальство привычно увернулось от удушающего захвата, недовольно забурчало, деловой походкой двинуло прочь от жизнерадостной подчиненной. Бьякуя проводил их глазами, закрывая допросную.
Лучезарное счастье Мацумото Рангику никого не обманывало: весь Готей знал, что красавица-лейтенант давно и прочно сидит на анксиолитиках и энтактогенах. С тех самых пор, как несколько лет назад ее жених не вернулся из рейда в дальние районы Руконгая. Примерно за полгода до этого Сопротивление развило особенно бурную и, что удивительно, довольно успешную деятельность. Вылезло из руконгайских трущоб, добралось до Белого Города, уничтожило с полсотни прекрасно оборудованных и не менее прекрасно защищенных лабораторий и производственных комплексов, развернуло активную пропаганду… Сначала их не восприняли всерьез, потом попытались задавить силами быстрого реагирования. В конце концов, пришлось разрабатывать целую стратегию, вести тщательную подготовку, координировать действия всех отрядов и подразделений в ходе операции зачистки. Тогда-то, загоняя раздавленных сопротивленцев в угол, выкуривая их из подземных нор и полусгнивших развалин, и пропал Ичимару Гин. Тогда же не вернулись капитаны Айзен и Тоусен. Военизированной полиции Готей-13 их до сих пор не хватало.
Дома было стыло и пусто.
Старинный особняк стоял в вишневом саду, и весной можно было любоваться цветением сакур, даже не выходя на энгаву. Традиционная планировка умело скрывала совершенство суперсовременных материалов, мимикрировавших под натуральное дерево и изразцы ручной работы. В особняке было множество прекрасно обставленных комнат, большие гостиные с самым разнообразным дизайном. Была шикарная столовая, где могли бы одновременно принимать пищу человек восемнадцать, и никому не было бы тесно. Был бассейн на заднем дворе, был волшебный горячий источник, и даже знатоки принимали его за природный. Была чудесная, веками и многими поколениями собранная библиотека с редчайшими экземплярами книг, свитков и электронных носителей. Бьякуя мог бы гордиться не только древними флэшками со сборниками наивной досингулярной фантастики и любовной прозы, но и восстановленными по доисторическим чертежам средствами для их чтения. Мог бы, если бы ему было до всего этого дело.
В своем роскошном особняке он жил совершенно один. Не считать же двоих слуг и десяток роботов!
Бьякуя сдержанно вздохнул и направился в библиотеку. Есть не хотелось, но можно заказать успокаивающий чай и несколько сэндвичей, посидеть в мягком кресле под старинной, с желтым светом лампой. Полистать что-нибудь древнее и захватывающее. Несмотря на приобретенный с годами иммунитет к странностям и нелогичному поведению людей, последний из рода Кучики не переставал удивляться невероятным событиям прошлого.
Плоский робот-поднос вкатился с дымящимся чайником и прикрытой колпаком тарелкой как раз в тот момент, когда хозяин дома остановил свой выбор на относительно современной Хронике Сингулярности. Право слово, что за возраст для книги – пара сотен лет? Бьякуя устроился в мебельном анахронизме, перекинул одну ногу через широкий подлокотник, раскрыл книгу и от души вгрызся в бутерброд.
Введение было стандартным. Кажется, впервые его написали около полутора тысяч лет назад, да так и копировали из издания в издание. Примитивная цивилизация Древних людей, отказавшаяся от духовных и ментальных технологий в пользу механики и электроники. Бурный технический прогресс, приведший к кардинальным изменениям климата. Жалкие попытки отдельных личностей воззвать к разуму и рациональному использованию природных ресурсов. Войны – глобальные, жуткие – за те самые ресурсы и территории, и мелкие, локальные, за пропитание и ради быстрой наживы. И пресловутый технический прогресс. И изменения климата. И неспособность договориться об этической стороне вопроса. И прогресс…
К технологической сингулярности древнее человечество приблизилось примерно одновременно с астероидом, прилетевшим из глубин космоса с какой-то запредельно астрономической скоростью и прохлопанным научным сообществом из-за очередной войнушки. Небесное тело было не такое уж и большое – не размером с остров и даже не со средних размеров город. Однако шандарахнуло оно так, что пропороло земную кору, взбаламутило верхнюю мантию и расплавилось едва ли не на подходе к внешнему ядру. Каким-то чудом планету не разорвало в клочья, и вот тут люди опомнились. Те, кто выжил после землетрясений, извержений, цунами и прочих радостей планетарной катастрофы, схватились за головы и принялись генерировать идеи по спасению человечества и общего для всех дома.
