В воцарившемся тут же безмолвии безвременья мне не составило труда отыскать среди разросшихся до нескольких рядов зубастых пастей гидры брешь, достаточно широкую для беспрепятственного пролета через нее игл стужи.
И далее просто стал метать сквозь эту прореху иглы с максимально доступной игломету скоростью, благо промахнуться в объемную двухметровую тушу монстра с расстояния менее чем в десять метров, с моей основательно прокаченной стрелковой квалификацией, было в принципе невозможно.
Имеющиеся в наличии шестьдесят четыре иглы (весь доступный боезапас игломета) усвистели в сторону застывшей в болотной воде цели за считанные секунды. Отстрелялся я так быстро, что первая выпущенная игла, невольно замедляясь в стазисе, еще только подлетала к спине монстра, а последняя, брошенная взрывным ускорением игломета вдогонку за остальным роем остроконечных сосулек, мигом просвистев через брешь между неподвижными головами гидры, уже тоже налетала на цель. За несколько секунд беспрерывной стрельбы мигрень в затылке даже не проклюнулась, потому, отменив стазис, в режим реального времени я вернулся таким же бодрым и полным сил, каким проваливался отсюда в безвременье.
Отстреленный до последнего снаряда ледяной игломет в режиме реального времени развеялся с руки сам собой, и, не теряя ни мгновенья, я тут же буквально сорвал с себя косуху и практически одновременно скастовал «Танец огня» и «Рывок» на виднеющуюся через снова замельтешившие зубастые пасти спину гидры.
Всего за мгновенье до моего переноса на хребтину врага, по бронированной шкуре монстра градом отбарабанили выпущенные в стазисе иглы стужи. И мне сказочно повезло, что аж разом две из роя выпеченных по гидре сосулек случайно угодили в пятна уязвимости монстра (невидимые мне через «Третий глаз» из-за колоссальной разницы в наших с гидрой уровнях теневого развития). Два небольших фрагмента на бронированной спине гидры обернулись припорошенными снегом ледышками, и по обеим я тут же остервенело заколотил своими пылающими пятками.
Обледеневшие куски брони под бомбардировкой жаркого пламени продержались недолго. Всего за пару секунд шкура гидры в обмороженных местах растрескались и выкрошились, явив куски кровавого мяса. Гидра, почувствовавшая сперва чужое, горячие присутствие на спине, обернувшееся почти сразу же двумя болезненными ранами, разумеется, попыталась немедленно избавиться от незваного меня, сдернув с берега и направив к страдающей спине все свои многочисленные зубастые пасти. Однако попытавшиеся цапнуть меня за различные части тела челюсти, не в силах одолеть читерскую стопроцентную защиту «Танца огня», сами обугленными головешками стали рассыпаться мне под ноги, не выдерживая жара огненной абилки. Я же, на все сто используя роковые секунды действия «Танца огня», рухнув на колени над кровавыми пробоинами в спине гидры, стал обеими руками, словно пылающими бурами, вкручиваться в доступные пробоины.
Из-под горящих ладоней, проваливающихся все глубже в нещадно выжигаемое нутро монстра, наружу рванули густые черные струи едкого дыма. Почуявшая себя совсем худо гидра решила унять внутренний жар, стремительно распространяющийся по телу из пробитой спины, ледяной болотной водой, и ухнулась тут же со мной на спине под воду.
Это паническое решение оказалось ее роковой ошибкой. Столкновение огромной массы ледяной воды и супер-жаркого негасимого пламени моей продействовавшей еще целых четыре секунды огненной абилки породило взрыв колоссальной разрушительной мощи. Основная сила ударной волны которого пришлась разумеется на многострадальную спину монстра, в которую клещом вцепился ваш покорный слуга.
Несмотря на читерскую стопроцентную защиту «Танца огня» взрывной волной меня таки отбросило от разорвавшейся под моими горящими даже под водой руками на несколько частей спины гидры. И лихо крутанув несколько раз в гигантском водяном смерче, мою тушку с шипеньем отбросило в сторону на весьма приличной высоте. К счастью, последних секунд действия огненной абилки с лихвой хватило на взрыв и последующую неуправляемую болтанку в водяном смерче, потому, вылетев из него, я остался абсолютно цел и невредим, отделавшись лишь легкой дезориентацией в пространстве.
В полете, после выброса из водяного смерча, действие «Танца огня» таки закончилось, и вниз я стал заваливаться уже лишенным защитного огненного ореола, оставшись в полном неглиже.
Из-за продолжающейся чудовищной болтанки (выброшенное из смерча тело по инерции еще какое-то время бесконтрольно вертелось в воздухе) я не мог сориентироваться куда падаю. И, как утопающий в отчаянье хватается за подвернувшуюся под руку соломину, я совершенно на автомате скастовал «Шаг в тень».
Откуда на маленьком островке, совершенно пустынном до нашего сегодняшнего появления здесь и, соответственно, озаряемого со всех сторон вечным полуденным солнцем теневой параллели, вдруг оказалась целая россыпь теней, достаточно густых для срабатывания умения и моего спасительного переноса, я разобрался лишь уже в спасительном полумраке одной из них.
