Девушки дружно покинули машину. Прапорщик, повернувшись в их сторону, криво усмехнулся и, ткнув пальцами в сторону Лины и Юли, принялся похабничать:
— Этой и этой я бы вдул без вопросов, а этой, — он указал на Нину, — с вопросами. Страшна, как мой бывший комполка, вообще по ней не понять, мужик или баба. Хоть бы юбку нацепила для ясности.
Лина с Юлей дружно покраснели, а Нина ехидно произнесла:
— Зато с тобой не ошибешься! И без юбки понятно, что ты баба.
— Ша! Кончай базар! — гукнул Соленый. — Нечего тут лясы точить, дело не ждет. А тебе вообще молчать надо, у тебя… только поссать поднимается.
— Ничё! Приласкать с умом, так заработает.
Тут уж покраснела даже Нина.
К счастью, в сумраке гаража этого видно не было, к тому же словоохотливый Прапорщик остался на улице, прикрыв дверь. Внутри все было устроено неплохо — обстановка напоминала мастерскую Гайки. Машины не было, так что места хватало, все стены сплошь покрыты полками, заставленными разными коробками, банками и железяками, у дальней стены протягивался длинный верстак с кучей всевозможных приспособлений, в углу, на высокой подставке установлен небольшой телевизор, с экрана кто-то в сверкающей одежде орал современную песню.
Подойдя к нему, Соленый убавил звук до минимума и, не оборачиваясь, буркнул:
— Паш, чего надо, конкретно?
Павел кивнул Лине:
— Ну? Принцесса, определяйся, что тебе здесь надо?
Соленый покачал головой:
— Так ты чё, серьезно? Стволы биксам нужны?
— Серьезнее некуда, — подтвердил Павел.
— Это чё за фигня?
— А тебе не все равно, кому что достанется? Не бойся, девочки хорошие.
— Хорошие девки в ювелирном отовариваются, а не у меня. Ладно, это пустой базар. Ну козочка, чего тебе надо от Соленого?
— А что у вас есть? — ответила Лина, раздумывая, стоит ли ей обижаться на «козочку» и другие эпитеты.
— У меня все есть, — ухмыльнулся Соленый.
— Отлично. Мне потребуется тактическая ядерная боеголовка XURK44-Т и носитель к ней. Хорошо бы в придачу штурмовой снайперский комплекс с коллимационным прицелом, желательные модификации…
— Ладно, можешь не продолжать, — буркнул Соленый и покачал головой: — Ну и биксы пошли! Паш, ты где их нашел?
— А тебе зачем? Понравились? — усмехнулся здоровяк.
— Скорее наоборот. Надо держаться подальше от тех мест, где обитают такие козы. Ладно, уговорила.
Толстяк прошел к верстаку, пригнулся, тяжело дыша, поднял большой фанерный ящик, снял с него крышку. Развернув слой плотной промасленной бумаги, он начал выкладывать различные смертоубийственные предметы.
— Можно посмотреть? — попросила Лина.
— За погляд денег не беру, — буркнул Соленый.
Девушки моментально обступили толстяка и, чуть ли не вырывая оружие у него из рук, принялись деловито лязгать затворами, заглядывать в стволы, на весу проводить частичную разборку. Нина деловито поинтересовалась:
— Почему у «вальтера» нарезка сбита?
— А я откуда знаю? — буркнул толстяк.
— А есть еще такой же, но с неповрежденным стволом?
— Найдем, — кивнул Соленый и вздохнул — Нет, от вашего района точно подальше держаться надо. Паша, я знал, что ты в Сахаре снег можешь найти, но сейчас меня попросту убил. Сколько видел, так крутые мужики из десятка один столь ловко в этом деле сечет, а этих-то где учили?
— Любопытствуешь? — уточнил Павел.
— Нет, просто мыслю вслух. Любопытство в нашем деле вреднее холестерина.
— Правильно мыслишь, держи так и дальше, только тогда сможешь спокойно помереть от ожирения, а не от других причин.
— Чтоб у тебя язык сгнил, — буркнул толстяк.
— Послушайте, — спросила Нина, — а у вас есть что-нибудь более серьезное, чем пистолеты и пистолеты-пулеметы?
— У нас все есть… Почти все. Паш, помоги.
Мужчины подняли на верстак длинный ящик, Соленый извлек из него ручной пулемет, поинтересовался:
— Сойдет?
Нина деловито осмотрела оружие, покачала головой:
— Старый сильно, ствол немного изогнут, а приклад с трещиной. Нет, на него надежды мало.
— Есть два калаша и две снайперские винтовки.
— Армейские?
— Нет, охотничьи. Но очень хорошие, с СВД слизаны. Доставать?
— Да.
Павел удивленно покачал головой:
— Вы что, действительно хотите взять винтовки?
— Почему бы и нет, — ответила Нина. — Если хорошие, возьмем.
Соленый не удержался от рекламы:
— Новехонькие, можно сказать, прямо с завода.
Павел погрозил пальцем:
— Смотри, оптовым покупателям скидка!
— Фауст, поставь Мэйсона, что ли… Может, повеселее станет.
— Рог, ты ж на измене сидишь даже без музона, а с таким так точно копыта отбросишь.
— Копыта я отброшу не от музона, да и ты тоже. С ним или без него долго мы здесь не просидим. Тут даже парковка вон запрещена.
— Так все кому не лень паркуются.
— Так ведь не на КамАЗе.
— Остынь, здесь контора Ордена, к ней близко ни один гаишник не приблизится. Тут у них свой закон, чужих в своих владениях они не терпят. Им по барабану, хоть на БелАЗе становись.
— Фауст, а ты не забыл, какой у нас груз?
— Так ведь в кузов никто и не заглядывает.
— Рано или поздно заглянут, примелькаемся мы здесь.
— Слушай, Рог, мысли позитивно, и все будет хорошо. Ведь третий час здесь стоим, и ни одна собака внимания не обратила.
