— Может, в Элидиане это допустимо, но наша Шимасса — патриархальное государство. Здесь такого не прощают. Я могу понять, что Конраду ар Гериону нужна была женщина, а тебе мужчина, я даже могу понять, что вы влюбились друг в друга. Если бы вы поженились, никто слова бы не сказал. Но это невозможно. У него есть жена, законная жена, какая бы она ни была. А он переехал в твои покои и делает вид, что его жена — это ты. Для мужчины такое может быть предметом гордости, но для тебя это позор, Марта!
Ага, а открыто стать твоей фавориткой не позор, так надо понимать?
— И что же нам было делать, Ваше Величество?
— Ну, если вам так невмоготу… Встречаться тайно. А вы устроили семейную жизнь на глазах у всей столицы.
Врет и не краснеет. О наших отношениях знают в школе, но здесь маги, у них к этому особое отношение. А в других местах мы ведем себя сдержанно. Чего он вообще от меня хочет? Чтобы я бросила Конрада?
Король между тем не унимался:
— Поэтому я говорю тебе: это надо прекратить. Иначе я буду вынужден кого‑то из вас уволить и выслать из страны. И, боюсь, это будешь ты.
Ну еще бы! Безопасность собственного дворца он из страны выслать не сможет. Только вы зря пугаете, Ваше Величество. Конрада вы не уволите, а если уволите меня, то и он не останется. И остается вам шуметь, хлопать крыльями в надежде, что мы испугаемся. А вот и нет! Лично мне не страшно. Ничего вы нам не сделаете, только крови попортите немерено.
— А если бы мы поженились, Ваше Величество?
— Но это невозможно! Жених твой женат! У меня и свидетель есть. Господин фар Арвиль, подойдите.
Так этот красавец здесь в качестве свидетеля? Но чего? Того, что Кон женат? Странно, однако. Какое Эберхард имеет отношение ко всей этой истории?
Красавчик тем временем встал и подошел к ректорскому столу.
— Здравствуйте, Марта.
И улыбается, гаденыш. Мне так противно стало, что я даже не поздоровалась. Кивнула ему молча. Он не обиделся, а продолжил говорить мягким, обволакивающим голосом.
— Вы можете на меня сердиться, но я должен сказать. Если Конрад обманул вас и вы находитесь в заблуждении…
Тут я не выдержала и ляпнула‑таки:
— Ни в каком заблуждении я не нахожусь. Я прекрасно знала, что у него брак по магическому договору с ведьмой Леокадией. Брак временный, находится в процессе расторжения. Когда это произойдет, мы поженимся.
— То есть, вы знали, что Конрад женат? Тогда ваше поведение непростительно, дорогая.
Если с королем я прикидывалась скромницей, то не видела причины строить из себя невесть что с фар Арвилем.
— Что же такого непростительного я сделала?
— Вы не понимаете, дорогая? Вы нарушаете общественную нравственность, открыто живете с чужим мужем. Госпожа Леокадия подала жалобу королю и он вынужден разобраться.
Сволочи все! Ведьма набралась наглости пожаловаться, а король и рад за это уцепиться. Но сейчас я вижу: он бы на это не пошел, если бы не Эберхард. Берти, чтоб его! Кажется, я разозлила посла не на шутку.
Я только хотела рот открыть, как красавчик запечатал мне его злым взглядом и одной фразой.
— Вы собираетесь ссылаться на свои права? У вас их нет. Вы не маг и не ведьма, хоть и работаете в магическом учебном заведении. Вы должны соответствовать высоким нормам морали, иначе вы не можете занимать свое место.
Я встала.
— Да пожалуйста! С удовольствием сложу с себя это проректорство, оно мне на фиг не сдалось! Только лишняя работа и никакого удовольствия. А с преподавательской должности меня уволить нельзя, у меня контракт.
— Контракт легко разорвать! — возразил он.
— Думаю, вы его не читали, а то бы так не говорили.
Глаза у Берти хищно сверкнули, он ехидно улыбнулся и произнес:
— Наверняка там есть пункт о том, что вас можно уволить в случае нарушения вами закона. А ваши отношения с Конрадом…
— На нарушение закона не тянут, — огорчила его я, — всего лишь на пренебрежение обычаями страны.
Эх, парень, ты не понял, с кем связался. Я свой контракт знаю наизусть, а уже здесь проштудировала свод законов. На ночь как роман читала, пока Кона у меня не было. Надо же было знать, каковы местные законы.
Эберхард живо обернулся к расслабленно сидящему в кресле Горану.
— Ваше Величество, это верно, то, что она сказала?
Король явно наслаждался происходящим, для его это был театр. Он ответил красавчику Берти с милой улыбкой:
— К сожалению она права. Закон запрещает прелюбодеяние замужней женщине, но в данном случае, действительно, есть только обычай. Все, что я могу сделать, это лишить Марту Аспен ее должности проректора в связи с неприемлемым поведением, нарушающим нормы общественной морали.
Затем он обратился ко мне ласковым, задушевным тоном:
— Марта, я совершенно не хочу, чтобы ты оставила проректорство. У тебя здорово получается, школа просто преобразилась. Но… Ты не должна больше афишировать свои отношения с ар Герионом. Вам придется разъехаться по разным комнатам и жить порознь пока вы не сможете пожениться.
