– Когда враги ворвались в лабораторный комплекс, я оказала им сопротивление. Положила многих, но истощила запас сил и потеряла сознание. Когда очнулась – на мне уже был ошейник эргу. Вот тут-то все и началось…
– Что началось?
– Детям на моих глазах перерезали горло, а меня пустили по кругу. В армии кхетов хватало народов подходящей анатомии. Как я выжила – сама не представляю. Там, – кивнула она вниз, – было все разорвано и измочалено.
– Извини, – шепнул Виктор, обняв Аллариссу и нежно прижав к себе. – Я не хотел трогать столь неприятную тему.
– Боль давно прошла, – мягко улыбнулась она. – Пятнадцать тысяч лет – хорошее лекарство.
– Пятнадцать тысяч лет рабства… Жуть! Как же ты сохранила рассудок? Я бы с ума сошел или покончил жизнь самоубийством.
– Ошейник эргу купирует только внешнее магическое воздействие. Поэтому я посвятила эти годы саморазвитию. Работать со своей энергетической структурой ничто не мешает. Слушала, думала, упражнялась, изучала свое тело и окружающих. Вспоминала и упорядочивала все свои знания. Анализировала их. Прокручивала раз за разом всю мою жизнь. Телом же управлял фантом, отслеживающий лишь тяжелые формы воздействия. А я лишь изредка поглядывала «в окошко». Думаю, большинство и’ри’тори-рабов именно так и поступило.
– Ты с ними когда-нибудь общалась? С другими плененными.
– Конечно.
– И вам не запрещали? Или ментальное общение было доступно?
– Конечно, запрещали. Ментальное общение купируется ошейником, но мы нашли новый способ. Это сложно и выходило редко, но вполне реально. Потом объясню. Мне кажется, что это новый уровень магической науки. Что-то вроде той мысленной связи, которая существует у дхарами между родителями и их детьми, только значительно слабее.
– Оу! Класс! И, как я понимаю, ты им обо мне уже сообщила?
– Безусловно. Тем, до кого достучалась. Они обещали передать информацию дальше по возможности.
– Главное, чтобы они не сорвались и не натворили глупостей.
– Поверь – все, кто не мог себя контролировать, давно умер. И да, чуть не забыла, следующие три года Яллу лучше не трогать. Ее сексуальность в ближайшие часы полностью пропадет и до завершения периода лактации не вернется. Будет перестраиваться тело и его энергетическая структура. На второй ступени, кстати, она станет уже не так горяча, как раньше. У каиси чем выше уровень развития, тем тише инстинкт.
– Ясно, – кивнул слегка озадаченный Виктор. Он уже привык, что Ялла всегда и охотно его поддерживала в плане интима. Поэтому новость об исчезновении сексуальной партнерши откровенно расстроила…
Поболтали. Привели себя в порядок. Покушали. И направились в командирскую рубку, где их ожидал капитан корабля.
– Мы готовы к новому скачку, – бодро произнес Йондо Аоду. – Батареи заряжены на сто процентов.
– До А-Юр достаем?
– Технически – да. Но лучше сделать два стандартных прыжка.
– Почему?
– Не рекомендуется без острой нужды делать дальние прыжки. Зачем насиловать оборудование на пределе возможностей? Мы ни разу и не делали это.
– И все-таки мы сделаем дальний прыжок. Нужно проверить, на что способен твой корабль. Тем более что обстановка более чем подходящая.
– Слушаюсь, – чуть помедлив, ответил Йондо. Ему не хотелось рисковать, впрочем, спорить с архонтом тоже не хотелось. Тем более что определенная логика в его словах была.
– И да, не забудь передать соответствующий пакет данных по системе ближней навигации.
– Зачем? – удивился капитан.
– Как зачем? Ребята работают, следят, а мы им нервный срыв устроим. Нехорошо. Просто обозначим возможность уйти от слежения в любой момент.
– Какие ребята? – поинтересовалась Арьяна.
– Йондо, те легкие крейсера, что стояли у Ван Исер, обладают какой-нибудь маскировкой? Ну, чтобы твои приборы их не видели?
– Безусловно… – как-то подавленно ответил тот. Ведь пошумели на Ван Исере они знатно.
– Оторваться от них мы можем?
– Теоретически. У нас очень большая емкость прыжковых батарей. Легкие крейсера в этом плане сильно нам уступают. Отследить направление прыжков они в состоянии по возмущениям. То есть нам нужно долго убегать, петляя и увеличивая разрыв до той степени, чтобы возмущения после нас гасли раньше их появления. Это долго. Мы так скакать недели две будем.
– Если посчитают, что мы можем сорваться, то подтянут что-нибудь серьезнее?
– Да. На этом корыте мы в любом случае не уйдем. Разве что случайно получится с кем-то пересечься в одной из планетарных систем. Это может сбить с толку преследователей.
– Погоди-ка, – напряглась Арьяна. – Ты что, с самого начала знал, что за нами увяжется погоня?
– Почему же погоня? Отнюдь. Просто почетный и крайне любопытный эскорт. Мы немного пошумели. Привлекли к себе внимание. Теперь посмотрим на их реакцию.
– Но зачем?! – возмутилась Арьяна.
– Неужели ты не поняла то, что Алларисса тебе сказала совсем недавно? Наш вид на грани уничтожения. Ты хочешь, чтобы мы вступили в бой с заведомо непреодолимой силой и окончательно избавили эту Вселенную от своего присутствия?
– Это была бы плохая идея, – охотно поддержала его Алларисса. – Но что ты намерен предпринять сейчас?
