У Иль Амурру (Илу, Элохима) тоже был предшественник, у которого он перенял полномочия. Это бог Яхве. Ранее мы уже указывали, что по происхождению это имя русское, образовано оно от слова «явь», точно так же, как и имя бога Ивана, древнерусского «двойника» Яхве. Так что параллель Ильи Муромца и Иль Амурру представляется нам доказанной. У них, конечно, несколько разный статус – один титан-исполин, другой древний бог. Но факт обожествления Ильи Муромца Православной церковью дает основание настаивать на исключительно важном значении его фигуры в религиозных представлениях древних русов. Философ В. Н. Демин в книге «Гиперборейская Русь» пишет: «Представляется вполне вероятным, что образ русского былинного богатыря Ильи Муромца совместился с еще более древним мифологическим и историческим героем, древнее имя которого оказалось созвучным новому христианизированному имени. Во всяком случае, углубленный лексический и смысловой анализ свидетельствует в пользу такого предположения. Кто был этот древний герой? Какой культуре принадлежал? Какие напластования отделяют его от современной эпохи?» На все эти вопросы можно ответить, обратившись к фигуре Ильмаринена – персонажа карело-финского эпоса «Калевала».
Ильмаринен – божественный кузнец. Как и Илу, он – творец мира. В одном из разговоров Ильмаринен признается:
Функция демиурга, создателя Вселенной, у Ильи Муромца в явном виде не прослеживается – в этом отношении Ильмаринен ближе к Илу. Опять-таки чудесная история его рождения подчеркивает его непосредственную связь с почвой:
Горка углей – это не ил морской, но рядом с угольной поляной находится болото, где герой оборудует кузницу. А это верный признак, что раньше эта территория была затоплена древним морем и заилена после его отступления. Как и Илья Муромец, он олицетворяет те поколения людей, которые обустраивались не на возвышенностях, а на землях, некогда находившихся под водой. Поэтому объяснение их имен из русского языка как «ил морской» кажется вполне подходящим. (Типично финское окончание «-ен» имя Ильмаринена получило, когда богатырь попал в инородную финскую среду.)
В «Калевале» действует персонаж, которого принципиально нельзя отнести к угро-финской народности (см. главу 1). Это Вяйнемейнен – главный действующий герой эпоса. Да, имя его пишется на финский лад, но его значение – «Ваня-муж» – выдает этническую принадлежность богатыря. Вяйнемейнен пришел в Карелию из областей центральной России, это предок венетов-вятичей. Он песнопевец, один из Боянов старого времени, обобщенный образ сочинителей первых сказок и исполнителей древних слав. Вяйнемейнен олицетворяет венедов (венетов), первопоселенцев в этих краях. Сами себя финны называют «суоми». В Скандинавию они мигрировали из приуральских областей. И лишь поселившись в Виндланде-Финляндии, получили от своих соседей имя «финны». Такое замещение имен стало возможным еще потому, что венеды не противодействовали заключению смешанных браков. И не случайно Вяйнемейнен ищет себе невест непременно среди девушек соседних племен.
Название страны Вяйне в «Калевале» приводится в двух вариантах – Вяйнела и Сувантола. Второе, очевидно, следует признать производным от первого, начальный слог которого напоминает о санскритской приставке «су», имеющей смысл «хороший, превосходный» и придающей слову высшую степень качества. Сувантола – значит «прекрасная Вяйнела». Наличие арийских топонимов на Русском Севере прекрасно известно специалистам. Их существование там объясняется тем, что часть ариев во II тыс. до н. э. переселилась сюда с берегов Волги (со своей прародины) вслед за венетами. Ильмаринен, верный друг и помощник Вяйнемейнена, по нашему мнению, олицетворяет их.
