Перемена отношения к ним произошла с наступлением патриархата. Ярким доказательством тому служит языческий праздник русалий, существовавший, согласно средневековым источникам, у славян. В течение недели после большого христианского праздника (Крещения или Троицы) по дворам ходили группы мужчин, называемых «русалии», которые устраивали особые хороводы вокруг больных людей и исполняли обрядовые танцы, чтобы исцелить их. Члены дружины русалиев на весь период праздника соблюдали строгие запреты: они не должны были креститься перед едой и на ночь; здороваться при входе в дом и при встрече с односельчанами на улице; обязаны были хранить молчание; ночевали всей группой в чужих домах, не возвращаясь на ночлег домой и не вступая в контакты со своими родственниками. Русальскую дружину встречали во всех домах с большими почестями. Считалось, что сам их приход в дом способствовал сохранению здоровья и изгнанию духов болезней.
Обратим внимание на два важнейших обстоятельства:
1. Обряды праздника исполняют мужчины. Они взяли на себя те функции, которые в древности были уделом исключительно женщин. Соответственно на эту избранную группу мужчин перешло и название русалок.
2. Мужчины-русалии выступают носителями светлых, божественных сил и лечат от «русальской» болезни, насылаемой вредоносными женскими существами.
Налицо, так сказать, религиозный переворот, проведённый по половому признаку. Мужчины переняли бразды правления у женщин. Но при этом они ещё и уничтожили «институт» жриц-русалок. Их стали представлять не живыми и добродетельными девами, а мертвящими сущностями.
Изначально культ почитания матери-земли исполняли сообщества девушек (русалок-берегинь). Пыри (читай, парни!), или избранные для ритуалов юноши, прислуживали, помогали им, оставаясь на втором плане. Со временем их роли поменялись: русалок стали изображать существами потустороннего мира и приписывать им разного рода отрицательные черты. Тогда-то и родились сказания о страшных, уродливых русалках, похожих на косматых баб, кудлатых, как ведьмы, горбатых и старых, чёрных, заросших шерстью, с грудями, как каменья, ходящих голыми или в лохмотьях и держащих в руках клюку или кочергу. Так чернили светлый образ берегинь…
Этимологически берегинь сближают с именем бога Перуна (о нём речь впереди) и со старославянским «прегыня» – «холм, поросший лесом». Но вероятно смешение со словом «берег», с чем связано и употребление названия берегинь по отношению к изображениям русалок в русской домовой резьбе. Что же касается русалок, то их примечали не только у воды, но и в лесу, на перекрестках дорог, на кладбище, на деревьях. Не случайно у А. С. Пушкина «русалка на ветвях сидит». Появляясь из мира мёртвых, русалки «из воды вылазили», «с деревьев спускались», «из-под земли или из могил выходили», «с неба слетали», а после отведённого им срока пребывания на земле вновь уходили на своё место: в воду, в море, в ирей (рай), на кладбище, по деревьям на небо и т. д. Наиболее традиционные места их пребывания – вода и деревья – осмысляются в народной культуре как пути перехода из мира мёртвых на землю и обратно
Пребывание в ржаном или конопляном поле мотивируется в народных поверьях тем, что русалки защищают посевы и содействуют цветению и урожаю. Вместе с тем они могут навредить хозяевам, нарушившим запрет работать в их праздник, – тогда они «вытаптывают», «высушивают» посевы, и на поле появляются выжженные круги. Среди привычных занятий русалок и особенностей их поведения обычно назывались следующие: по ночам они плещутся в воде, расчёсывают возле воды свои длинные волосы, качаются на ветвях берёз. Днём их можно увидеть в поле, где они кувыркаются в траве, вьют венки, играют и хлопают в ладоши, поют, кричат, хохочут, водят хороводы.
Сохранились предания, что русалки не причиняют никакого вреда, а могут лишь испугать человека или подшутить над ним. Широко известны поверья об их материнстве (русалка появляется с ребёнком на руках, награждает того, кто позаботится о её младенце), а также о способности кормить грудью человеческих детей, опекать новорождённых, оставленных женщинами в поле, и т. д.
