У СССР и Израиля на первый взгляд мало общего. Но обе эти страны — осуществленные еврейские утопии. И осуществили их представители евреев ашкенази — коренного народа Восточной Европы, который в начале XX века, на пике пассионарности, принялся выращивать сразу несколько вариантов будущего. Жизнеспособной оказалась лишь одна из этих утопий — сионистская, приведшая к воссозданию государства Израиль. Все остальные, в том числе и советская, рухнули, погребя под своими руинами миллионы жизней…Кто они, советские евреи? Чем отличаются от «несоветских»? Эти люди жили среди нас как величайшая загадка истории. Они создали коммунистическую цивилизацию, составив ее первый правящий слой, — а потом вдруг исчезли, словно растворившись во времени. Куда они пропали? Почему вымерли? Или преобразились?.. В своей книге я постарался ответить на все эти вопросы.
Всем евреям, которые не считают себя представителями «высшей расы» и не считают себя лучше людей других народов, ПОСВЯЩАЕТСЯ.
Эсэсовец:
— Рассказывай всю правду о евреях!
Еврей:
— Думаешь, я ее знаю?
— Эти черные дикари из Йемена еще называют себя евреями!
— Израиль наводняется приблудными русскими, которые нагло называют себя евреями.
Действительно, кто такие евреи? Большинство людей уверены, что они это знают. В действительности они не имеют никакого представления, кто же это такие. И евреи тоже не имеют.
В Германии XIX века евреев считали некой «расой». Это народное немецкое поверье оказало громадное влияние на всю европейскую науку и культуру — и на евреев тоже. Многие из них, особенно малообразованные и глупые, до сих пор считают, что чем-то биологически отличаются от всех остальных людей. Сложность в том, что в самой Германии живет множество евреев, которые внешне совершенно неотличимы от немцев.
Сартр рассказывает забавную историю про французского еврея, который уже в пору действия расовых законов развлекался в Германии Гитлера: ходил по кабакам, где собирались эсэсовцы, и слушал их рассказы о страшных семитах, смертельной угрозе человечеству.
— А я на них разве не похож?!
И эсэсовцы разъясняли еврею, что он-то хоть и француз, но в этом он не виноват, в нем сразу виден ариец — вон какой высокий и светловолосый. А у них, у истинных арийцев, у них-то природный нюх на семитов![1]
Но этот французский еврей развлекался — еще не ведая, к чему идет дело и как не до смеха может стать ему самому после оккупации Франции нацистами. А вот НКВД активно использовало это обстоятельство — что есть евреи, просто идеально похожие на немцев. Появляется в Германии эдакий человек, великолепно владеющий языком и притом пухлощекий блондин с серыми или голубыми глазами… эдакими эмалево-непрозрачными, очень «арийскими» глазами. Ну кому придет в голову, что вовсе он не Пауль Кох, а Василий Айзенберг, что родился он не в Шпандау, а в Житомире, и живет в Берлине временно, выполняя здание из Москвы?!
Историю такого еврея «с обликом типичного немца», использованного НКВД, рассказал Эфраим Севела: «Из таких людей советские оккупационные власти в Германии формировали первые органы немецкого самоуправления, которые потом и взяли власть в свои руки, приведя страну под контроль коммунистов».[2]
Герои Ирины Гуро — героические советские разведчики и притом вроде бы этнические немцы… Так у нее и в классическом «Дорога на Рюбецаль», экранизированном в СССР, и в других произведениях.[3] Но, видимо, ей просто не хочется рассказывать этой истории до конца; что главные герои таких приключений а-ля Штирлиц, как правило, не немцы-перебежчики, а все-таки советские евреи.
Сказанное касается не одной Германии, а любой европейской страны. Попробуйте отличить от «титульного» народа евреев французских, британских, польских, венгерских, румынских, греческих, итальянских… Иногда от британцев и французов можно отличить выходцев из Восточной Европы, недавних эмигрантов и их детей и внуков. Но точно так же поляки, венгры и русские первые два-три поколения отличаются от французов и англосаксов. Причем отличаются даже не внешностью, а часто выражением лица, позами, улыбками… Это люди других народов, они еще не ассимилировались.
Но в самой Польше в числе польских евреев сочетаются люди с ярко выраженной «национальной» внешностью и люди, совершенно неотличимые от поляков. Это при том, что в Польше евреи дожили до XX века как особый замкнутый народ, ведущий обособленную жизнь.
Вот пан Ежи Гедройц… Сама фамилия, которая оканчивается на «..ойц», характерная внешность… Возникло даже умиление: еврей, а ведь польский патриот! Сколько пользы он принес своему отечеству, издавая в Париже, в эмиграции, газету «Культура»!
— Да вы что?! — ужаснулись моему невежеству поляки. — Пан Гедройц — из литовской знати; он хоть и без титула, а до войны на улицах Кракова торговцы величали его «князем»…
Или вот пан Адам Михник. Какое тяжелое, значительное лицо зрелого красивого человека! Какая спокойная уверенность в себе, ироничное знание о своей элитности, неотъемлемых правах. В Польше вообще много красивых, видных мужиков средних лет. Но пан Михник выделялся даже и на этом приятном фоне. Ярко выраженный польский интеллектуал, на гордом лице которого просто написано происхождение из шляхты.
