– Прошу меня извинить, – сказал он. – Полагаю, это наш последний гость.
– Вы не замерзли, господин Хусейни? – спросила она тоном заботливой жены. – Какой контраст – из Саудовской Аравии в холодный Париж…
– Все хорошо, моя дорогая, – ответил Мустафа, присаживаясь. – Но от чашки кофе не откажусь. Вы великолепно выглядите. Надеюсь, Аллах позволит мне, женатому человеку, говорить такое женщине.
– Благодарю вас, – улыбнулась Габриэль. – Кофе будет готов через несколько минут.
– Как хорошо видеть вас здесь, друзья, – сказал он. – Я мечтал о том, что когда-нибудь мы будем сидеть вот так, за одним столом. Мой друг, – он посмотрел на Константина, – спасибо вам за эту замечательную идею. Майор, – обратился он к Боазу, – вас я тоже рад видеть. А вам, капитан, – кивнул он Гиладу, – я хочу выразить свои соболезнования. Мы все равны перед Богом, как бы мы его ни называли – Аллах, Будда или же как-то еще. В нашей жизни есть важная вещь – закон. И я здесь для того, чтобы проследить, что закон будет соблюден.
– Вы все это время водили меня за нос! – крикнул он. – Это был один большой спектакль – начиная с вашей смерти и заканчивая тем, что Сандра доставала мне какую-то мифическую информацию! Как вы могли так со мной поступить?! Я был верен вам до конца, а вы обманули меня! Вы решили меня проверить?!
– И вы провалили этот экзамен. – Мустафа успокаивающе кивнул ему. – Присядьте, доктор. С вашего позволения, я скажу несколько слов. Когда я был жив, никто из вас не смел посягнуть на мое место. Мне надо было умереть для того, чтобы выяснить, как обстоят дела. Я разочарован, доктор. Когда-то вы говорили, что готовы умереть за меня. А теперь вы готовы на все ради власти. Вы убивали своих коллег для того, чтобы добиться этого. И что же получилось в конце? Вы нарушили наш основной закон – убили ни в чем не повинную женщину.
– Эта женщина… – начал Муса.
– Прошу вас, дайте мне закончить мою мысль, – мягко перебил его Мустафа. – Этот поступок не красит вас, доктор. Особенно в свете того, что вы убили эту женщину чужими руками. Наши израильские друзья тоже совершали недостойные поступки, но они не переходили эту границу. Скажу вам честно – я испытывал противоречивые чувства, когда ехал сюда. Я всегда ценил вас, доктор. Я доверял вам как самому себе, я считал вас братом – пусть не по крови, но мы разделяли одни и те же взгляды. И я хотел бы решить эту проблему самостоятельно, но я не могу этого сделать. Сейчас мы должны послушать то, что скажет капитан Гордон.
– Что… что я должен сказать? – спросил он.
– Как бы вы поступили с человеком, который убил вашу женщину, капитан? – задал ответный вопрос Мустафа.
– А как бы вы поступили, майор?
– А что скажете вы, мой друг?
– Полагаю, доктор хочет, чтобы его судили по его законам, – ответил он после паузы. – То есть, по нашим законам. А по нашим законам подобный поступок карается смертью.
– Почему же за убийство моего брата вы не заплатили смертью? – спросил Ибрагим. – Ведь по нашим законам я имел право на месть!
– Вы не воспользовались этим правом.
– Он прав, доктор. Сейчас поздно говорить о мести. Кроме того, Салах погиб как воин. Он погиб, защищая свою идею. То же самое делал и его соперник. Считаю нужным напомнить вам, что это был неравный бой – один человек против пяти.
– Джентльмены хотят, чтобы я подала ужин? – заговорила Габриэль.
