Вторым пунктом программы можно назвать представление большого количества трофейного оружия. На стеллажах и на грунте красовались мины и взрывные устройства, безоткатные орудия, «стингеры» и гранатометы, стрелковое оружие американского, английского, пакистанского, китайского и иного производства. Все это было захвачено в боях или подобрано на поле боя афганскими или советскими войсками. Смотреть на эти горы оружия было и радостно и тягостно: еще и еще раз становилось ясным, сколь тяжелые и сколь масштабные сражения велись в стране.
Третьим пунктом значилось тактическое учение по теме: «Наступление усиленного пехотного батальона на поспешно перешедшего к обороне противника». Эта Teitfa дает возможность наблюдателю понять, насколько мощным является современный пехотный батальон, да еще усиленный танковой ротой и поддержанный двумя артиллерийскими дивизионами. Перед началом учебных боевых действий батальона истребители-бомбардировщики произведут бомбометания по выставленным в полосе наступления батальона мишеням. А непосредственно перед атакой пройдут три тройки вертолетов, штурмуя цели. И уже после этого с криками «Аллаакбар!» батальон устремится в атаку и в течение двух-трех часов последовательно от рубежа к рубежу будет уничтожать реальные цели (а их против батальона было выставлено около тысячи – это и пехотные, и артиллерийские, и противотанковые, и танковые, и авиационные цели). Так воссоздавалась картина, максимально приближенная к возможным реальным условиям, в которых пехотный батальон наступает на перешедшего к обороне противника численностью до тысячи человек при легком и тяжелом вооружении.
Четвертым и последним пунктом программы предусматривалось непринужденное общение наблюдателей и гостей, обмен впечатлениями, оценками, соображениями – военным людям, как правило, есть о чем поговорить после таких смотров.
Началось все с сигнала «Слушайте все!». В 10 часов утра мулла напевно и радостно прославил Аллаха. Министр обороны обратился к собравшимся со словами об открытии смотра. Оркестр сыграл гимн. Министр направился к Пухантунскому корпусу и, выслушав доклад начальника курсов, разрешил пройти торжественным церемониальным маршем. Бравурная музыка приподняла у всех настроение. Роты шли хорошо, четко печатая шаг. Били барабаны. Присутствовавшие на трибунах афганцы, казалось, чувствовали себя в рядах своих бравых воинов. Вслед за ротами на исходное положение вышел сводный оркестр и, получив команду, двинулся вперед. За тридцать шагов до трибуны группа оркестрантов неожиданно для многих собравшихся запела.
Тенора;
– Скажи-ка, дядя, ведь недаром…
Басы:
– Москва, спаленная пожаром…
Все вместе:
– Аллаакбар, Аллаакбар!
И опять тенора:
– Ведь были схватки боевые,
Да говорят, еще какие!..
Все вместе:
– Аллаакбар!Аллаакбар!
И уже во всю мочь солдатских глоток:
– Недаром помнит вся Россия про день Бородина!
Торжественно грохотало и ревело:
– Аллаакбар! Аллаакбар!
Буря аплодисментов. Эмоциональные афганцы в восторге обнимаются, молятся…
Оркестр прошел. Я посмотрел на Черемных. Он явно чувствовал себя на седьмом небе! Таков, значит, его первый сюрприз.
Затем началось наступление пехотного батальона. Короткий десятиминутный огневой налет. Била артиллерия, били «катюши»… Мне, конечно, к этому не привыкать. Иное дело – приглашенные на учения афганские деятели культуры, представительницы женского движения. Они, судя по всему, были взволнованны и, по-видимому, горды, что вот, мол, какая у них, оказывается, могучая армия, уж она-то защитит их Апрельскую революцию…
Действия батальона разворачивались, как и предусматривалось программой, министр обороны комментировал происходящее – все разворачивалось как на ладони.
Пехотный батальон свою задачу выполнил и скрылся за холмами. Стрельба постепенно стихла и вскоре прекратилась совсем. Уместно сказать, что к подготовке этого учебного боя приложил руку Петр Иванович Шкидченко. Батальон отобрали из лучшей пехотной дивизии Первого армейского корпуса – из седьмой, а непосредственной подготовкой батальона к учениям руководил лично полковник Халиль Ула.
Затем Рафи пригласил всех к трофейному оружию и передал мегафон Халилю – его подразделениями было взято все это вооружение, так пусть он и докладывает.
Поблагодарив Аллаха за поддержку, ХалильУла пояснил, что демонстрируемое оружие захвачено лишь в течение последних трех месяцев, и добавил, что еще больше – осталось у противника.
Повсюду сновали репортеры газет, телевидения и радио. В последующие дни обо всем будет рассказано в средствах массовой информации. Поможет своими силами и средствами Главное политуправление Советской Армии.
Я наблюдал за Халилем и вспоминал мои встречи с ним, и в частности самую первую, 8 августа прошлого года, когда я только-только делал первые шаги перед выстроившимися для встречи меня афганскими военными и гражданскими чинами, когда он четко, по-русски доложил:
– Полковник Халиль Ула. Командир Центральный корпус!
