Андрей был спокоен и задумчив. Прощался, грустно улыбаясь. В глазах затаились страх и растерянность. Было видно, что он смирился и с возможностью худшего исхода. Конечно, мои магические действия давали какую-то надежду, но никаких гарантий я не дал: ведь окончательно все решает Бог. Проводив Андрея, я взял объект с программой его патологии, вынес его на улицу и организовал условия для сведения патологии на стаю сорок.
Как рассказывал потом Андрей, к тому времени, когда он пришел в клинику, отека уже не было. Видимо, к этому времени опухоль выглядела столь безобидно, что операцию назначили лишь на следующую неделю. В назначенный день по какой-то причине операцию вновь перенесли на неделю. Наконец, операция была успешно проведена. Опытный хирург, удаляя остатки опухоли, был несколько озадачен необычностью случая: застарелые следы серьезной гнойной инфекции и вполне здоровый пациент. Насколько я понял, опухоль на момент операции находилась в состоянии саморассасывания. Андрей, конечно, не пытался объяснять хирургу, что вследствие заражения опухала чуть ли не треть спины, и что процесс был остановлен магически.