Господи! Она не помнила! Она не помнила, как зовут девушку и как ее фамилия. Недолго думая, она решила обзвонить всех, кто оставлял когда-либо ей эти визитки. И нашла! Нашла ту самую девушку с непокорными белокурыми локонами, которая ей показалась удивительно симпатичной.
– Простите меня, милая, – начала Мария Степановна с этих слов. – Это не вы приезжали к моим соседям Соколовым и говорили со мной?
Она совершенно по-детски скрестила пальцы на свободной от телефона руке. Три предыдущих звонка оказались бесполезными. Еще один не отвеченным. Мария Степановна надеялась, что на этот раз повезет.
– Гм-м… – прокашлялась девушка, ответившая ей. – Соколовы – это?
– Отец и дочь, мои соседи слева. – Мария Степановна занервничала. – Вы задавали вопросы о них, и я… Я не смогла вам на них ответить. Потому что забыла суть конфликта. Это… Это не вы?
– Это я! – с легким смешком ответила девушка, чья фамилия была – Горохова. – И я очень рада вашему звонку. Так в чем была суть конфликта? Вас обидели Соколовы?
– Все немного не так, – замялась Мария Степановна.
Ей вдруг снова приспичило посмотреть в свои записи, что-то она снова упустила. И боялась ввести в заблуждение это милое дитя.
– Давайте, мы с вами встретимся. И я дам вам взглянуть на мои тетради, – предложила женщина.
– Тетради? – изумилась Горохова.
– Да… Понимаете… С некоторых пор память меня начала подводить. И я завела привычку все записывать. Все вообще! – призналась она неожиданно малознакомой девушке. – И тот самый конфликт мною был подробно описан. И еще… Я обнаружила в тетради свои наблюдения месячной давности. Мне бы очень хотелось, чтобы вы на них взглянули. Мне очень хочется быть вам полезной, Валя.
Она еле досидела до конца рабочего дня, так ее распирало желание поскорее отправиться в коттеджный поселок. Ей поступил телефонный звонок от пожилой соседки Соколовых. Женщина была старенькой, страдающей провалами в памяти. И на ее показания надежды было мало, но…
– Но она же все, оказывается, записывает, – сообщила она Носову, взявшему ее под свое покровительство с утра понедельника.
– Серьезно? – сморщился он, как от горького. – На твоем месте я бы не обольщался. Если она все забывает на лету, то неизвестно, что записывает. Записки сумасшедшей, Валя. Это могут быть каракули выжившей из ума старушки.
Она с сомнением покачала головой, вспомнив интеллигентного вида старую женщину в чистеньком ситцевом платье с белоснежным воротничком. Они очень вежливо пообщались. И даже тот факт, что Мария Степановна ничего ценного ей не сообщила, Горохову не расстроил. Она ушла от ее ворот с хорошим чувством. Не то что от ворот старика с фамилией Федоров. Вот кто действительно неприятный тип.
– А ты чего это тут вынюхиваешь! – набросился тот сразу, как она в его ворота позвонила, а он открыл. – Тебе чего надо? Кто ты вообще такая?
И удостоверение, продемонстрированное Валей, на него, кажется, никакого впечатления не произвело.
– Ничего не знаю. Ничего не видел, – в грубой форме оборвал он ее и исчез за дверью…
Мария Степановна не казалась выдумщицей. И совсем уж выжившей из ума не казалась тоже. И Валя – да – надеялась, что предмет скандала Марии Степановны с Соколовыми имеет какое-то отношение к странному исчезновению отца Ирины.
– Какое? – скептической ухмылкой сложил губы Носов. – Так испугался старенькой соседки, что сбежал?
– Может, и сбежал. Только вот по причине чего? Как-то странно все совпало… Гибель его бывшей жены и тещи. Появление у них в доме его дочери в день трагедии. Может, он их – того – и убил? А потом сбежал? А дочь его покрывает и…
Носов громко застонал и со стуком опустил голову на стол. Он ей не верил. И считал ее предположения бреднями. А еще он считал, что она тратит драгоценное рабочее время не на то, что нужно. Попросту распыляется.
– Ты проверила телефонные звонки ювелира Ляпова?
– Проверила.
Горохова двинула по столу распечатку, всего на пол-листа. Несколько строк там были обведены красным.
– Несколько звонков от нашего фигуранта Илюхина. Все входящие. Потом был звонок от Станислава Никулина.
– Это у нас любовник генеральской вдовы? – поднял брови Носов.
– Он самый. Звонок был всего один. Непродолжительный. За ним последовало сообщение, что деньги на счет поступили. Я проверила. Наш ювелир оплатил место на кладбище. Так что с этой стороны все чисто и пристойно. Сам Ляпов звонил всего лишь дважды – сыну. И еще было несколько звонков от продавца из его магазина. Но это, как я поняла, обычная практика. Такие звонки были и в прошлом и позапрошлом месяце. Я проверила.
Носов минуту смотрел на нее с удивлением, а потом не без восхищения протянул:
– Заче-ет, Горохова!
Она улыбнулась и двинула по столу еще один лист с ровными столбцами цифр.
– А это что?
– А это, Сергей, распечатка звонков с телефона нашей вдовы.
– Генеральской?
– Не-а. – Она мотнула головой, и ее волосы взметнулись, как под ветром. – Вдовы ювелира. Пусть и гражданской.
– И? Что там интересного?
