И здесь начинается целая история, докопаться до правдивых истоков которой мне пока еще не удалось: то ли пропали военные архивы, то ли не дошла очередь до открытия новой главы. Однако в воспоминаниях другого советского нелегала — Конона Молодого я наткнулся на фантастический, а может, и нет, эпизод. Юный тогда Молодый, заброшенный в тыл к фашистам, был чуть не моментально пойман и доставлен на допрос в немецкую контрразведку. В допрашивавшем его изверге-фашисте он узнал… Абеля. Тот не слишком долго досаждал Молодому вопросами, а, оставшись наедине, обозвал будущую звезду советского шпионажа «идиотом» и выпихал чуть ли не сапогами за порог. Правда или вымысел, лихо описанный Молодым, который был горазд на такие всех в сомнения повергающие мистификации? Или сознательная дезинформация?
Как бы то ни было, Абель после войны трудился где-то в Москве до 1948 года. А там — новая командировка. В Нью-Йорке появился свободный художник Эмиль Роберт Толдфус, он же Мартин Коллинз, а для Центра и сподвижников — американцев из группы «Волонтеры» — просто Марк. Забавно, что мистер Тол-дфус выбрал для местожительства дом на Фултон-стрит, прямо поблизости от ФБР.
Девять лет работы, каждый из которых засчитывается нелегалу за два, несколько орденов, повышение в звании и арест. Выдал свой же: спившийся радист-связник Вик Хейханен. Чтобы дать знать Центру об аресте — мировая печать была завалена публикациями о советском шпионе — Марк назвал себя именем умершего (и неплохо известного КГБ) друга — Абель. Суд «Соединенные Штаты против Рудольфа Ивановича Абеля» закончился суровым приговором — 30 лет. Впрочем, за совершенное полковнику грозила смертная казнь или пожизненное заключение. И если бы не благородные старания адвоката Джеймса Донована, все могло бы сложиться еще печальнее. А так — 4,5 года в камере города Атланты и счастливое избавление: при помощи нашей внешней разведки и при содействии того же Донована, искусно исполнившего роль посредника, Абеля обменяли на Пауэрса и еще какого-то заштатного шпиона. Обмен произвели на берлинском мосту Гли-нике 10 февраля 1962 года.
А дальше — тишина. И только сегодня завесу тайны — вернее, часть ее — можно приоткрыть. Беру на себя смелость рассказать правду о великом разведчике и его соратниках.
<p><strong>ГЕРОЕВ И ГЕНЕРАЛОВ РАЗВЕДЧИКАМ НЕ ДАВАЛИ</strong></p>