Он на минуту замолчал, пристально глядя на меня, а потом осторожно заговорил, будто подбирая слова:
— Я бы не стал пока утверждать, что это убийство. Твой отец был ученым. И сильным магом, к тому же. Мало ли, экспериментировал с заклинаниями, где-то ошибся. Возможно, это просто стечение обстоятельств.
Он не верит. Думает, что в этом деле все прозрачно и ясно. Второй раз за полчаса он убивает во мне надежду. Я вздохнула и тут только окончательно поняла, что именно он сказал.
— Погоди. Почему ты решил, что мой отец проводил какие-то эксперименты? Он был историком. Да, он специализировался на истории магии, но ведь история — не тот предмет, где проводятся лабораторные и практические занятия.
— Он тесно дружил с заведующим кафедрой магии символов.
— Да. Я знаю, Питер Стоуман, он часто бывал у нас в гостях, что с того?
— Сана, у твоего отца был пытливый ум, он любил магию в любом ее проявлении, он собрал огромную коллекцию разных артефактов и других магических предметов. Неужели ты думаешь, что ему было интересно просто читать лекции по истории?
— Все это ты узнал из сухого отчета? — недоверчиво спросила я.
— Нет, я говорил с его бывшими студентами. Они много рассказали о нем.
— Я думала, ты будешь говорить с другими преподавателями в академии.
Мне бы этого не хотелось, но когда я поняла, что Макс не может не пойти в академию с вопросами, было уже поздно предупреждать, так что мне оставалось лишь надеяться на его сообразительность, и он не подвел.
— В этом случае о моем интересе узнала бы твоя мама, а мне показалось, что ты этого не хочешь.
— Спасибо за понимание, — пробормотала я, и отвернулась к окну.
— Сана, ты никогда не задумывалась, что могла чего-то не знать о своем отце? — осторожно спросил он.
Если бы пять лет назад, за день до его смерти, мне сказали: «Ты не знаешь своего отца», я бы посмеялась. Но сейчас я вынуждена была признать, что сидящий напротив меня сыщик прав. Не то, чтобы я совсем ничего не знала о папе, но кое-что, похоже, действительно прошло мимо меня.
Его убили. Что это? Интуиция или что-то другое, но я знаю, что это так. Вот только кому понадобилось убивать простого преподавателя истории? Нет ответа. А это может значить только одно — отец и правда занимался чем-то, о чем я не имею ни малейшего понятия.
— Хорошо, допустим, ты прав, — согласилась я, — но эксперименты на себе?
— Согласен, Винсент Амбери не стал бы так рисковать, — задумчиво сказал Макс.
— Макс, — позвала я, — если ты мне не веришь, просто скажи и можешь забыть об этом. Я не стану больше ничего с тебя требовать.
— Я не сказал, что не верю, — он твердо посмотрел мне в глаза, — просто пытаюсь представить причины, по которым это могло произойти.
— Хорошо, — сказала я, делая глоток кофе, — а тот мужчина с фотографии, рядом с моим отцом? Ты узнал, кто это?
— Пока нет, я спросил Томаса, думал, мне он расскажет, но мы с ним недавно повздорили и он, вроде как на меня в обиде до сих пор, — Макс поморщился, явно не желая вдаваться в подробности, — старый лис понял, что интересовался я не для себя и ничего не сказал. А узнавать по другим каналам было некогда. Но я займусь этим завтра же, — он побарабанил пальцами по столешнице, о чем-то размышляя, а потом спросил, — ты говорила, что нашла эту фотографию в подвале вашего дома? — я кивнула, — как думаешь, может быть там что-то еще, что могло бы относиться к этой истории?
Я задумалась. Иногда мне казалось, что в нашем подвале может находиться вообще что угодно, так много там было всего. Поэтому я просто пожала плечами, а Макс продолжил свою мысль:
— Что, если нам с тобой съездить и поискать там что-нибудь? У тебя ведь есть ключи от дома?
Да он никак мысли читает? Я и сама подумала наведаться в родной дом в мамино отсутствие и хорошенько порыться в подвале. Вряд ли мама выбросила то, что принадлежало папе, а значит, были шансы что-нибудь найти. Но сама я могла пропустить или не заметить что-то важное. Да и находками своими мне в любом случае пришлось бы делиться с Максом. Так что идея поехать сразу вдвоем пришлась мне по душе.
Я знала расписание мамы, сегодня она была занята до самого вечера, так что мы вполне успевали. Но прежде я все-таки решила рассказать ему о странном госте, которого мама не пустила домой.
— Есть еще кое-что, — Макс показал, что внимательно слушает, — в тот день, когда мы с тобой встретились у участка, я снова поехала к маме. Ночевала у нее. А утром, когда я уже собиралась уходить, в дверь позвонили. Мама не разрешила мне выйти и открыть, пошла сама. Но я подсмотрела в окно. Это был незнакомый мужчина. Вернее, мне он был незнаком, но мама точно его знает. Она не пустила его в дом, была напряжена, даже напугана, они о чем-то поговорили, потом он ушел. А мне она сказала, что просто ошиблись адресом.
— Но ты, конечно, уверена, что это не так.
— Конечно, уверена, иначе не говорила бы тебе об этом.
Макс задумчиво посмотрел в окно, затем перевел взгляд на меня и медленно, подбирая слова, спросил:
— Сана, а ты не думаешь, что это мог быть ее…ну… — он замялся, и я решила ему помочь.
— Любовник.
