На фоне увязших в войне Франции и Испании, потерпевшей поражение Голландии, пребывающей в упадке Германии чрезвычайно вырос рейтинг Англии. Лорд-протектор железной рукой наводил порядок в стране. Искоренил дуэли, заставил ремонтировать дороги, издал ордонанс о полном слиянии Англии с Шотландией и Ирландией. Важное место занимала и «защита религиозных свобод». Хотя этот лозунг стал лишь флагом для борьбы с политическим инакомыслием. Была инспирирована петиция, врученная диктатору от Лондона, в которой требовалось введение религиозного единообразия и решительные действия против «атеизма, гнусности, еретиков, папства, распущенности и богохульства». В результате появился «Test-Act» — закон, запрещающий католикам занимать государственные должности (кстати, «демократическая» Англия отменила его лишь в 1884 г.)
И покатились религиозные преследования. «Папистов» и роялистов Кромвель клеймил как «нехристей и не англичан». Когда, например, в 1654 г. католический священник, изгнанный еще 37 лет назад, решил на старости лет вернуться в Британию, он по доносу был схвачен, осужден и повешен. Гонениям подверглись и «епископалы» — сторонники прежней англиканской церкви. Им запретили быть духовниками и наставниками в семьях, за отправление своих обрядов сажали. Но и сектантам досталось. Их, правда, в отличие от католиков, не казнили, их лидеров Кромвель принимал во дворце, беседовал как «свой», предлагал помолиться вместе и убеждал, что правит страной вынужденно, а по душе хотел бы удалиться от мира и стать пастухом. Тем не менее сажал их и ссылал, а их книги объявлялись еретическими и сжигались.
Для контроля за единомыслием лорд-протектор создал специальную комиссию из 38 человек, которая должна была оценивать претендентов на церковные должности, чтобы они были «честными, набожными и правоверными». А в графствах назначались особые уполномоченные, «эжекторы», в их обязанности входило шпионить за христианами и удалять неугодных служителей церкви. Но, обрушиваясь на христианских «еретиков», Кромвель более чем благосклонно отнесся к евреям. Раввин Менессах бен Израэль обратился к нему с просьбой — разрешить евреям жить, торговать в Англии и исповедовать свою веру. Для рассмотрения данного вопроса лорд-протектор созвал «консульскую комиссию» и разъяснил, что евреи «принесут много богатства в республику». И, несмотря на то, что даже верный ему госсовет счел это недопустимым (ведь он состоял из фанатиков-пуритан), Кромвеля такое решение не смутило, и он открыл евреям въезд в страну неофициально.
Стоит отметить, что лицемерие (подкрепленное уверенностью в собственной исключительности) было вообще характерной его чертой. Он подписывал указы об «исправлении нравственного порядка», запрещал любые развлечения, требуя от народа пуританского аскетизма. Но сам при этом жил так, как представлял себе «королевское» времяпрепровождение. В его дворцах допускались музыка, балы, буйные пиршества. И на свадьбе своей дочери Френсис с лордом Ричем Кромвель, по воспоминаниям очевидцев, изволил шутить, «плескал вино на платья приглашенных дам и перемазал все стулья, на которых они должны были сидеть, растаявшими сладостями». Как видим, чувство юмора у диктатора было «еще то».
Он находился в пике своего могущества. Имел мощный флот, бо-тысячную постоянную армию — другой такой не было ни у кого в Западной Европе. И об убийстве короля в других государствах предпочли «забыть», все теперь искали дружбы с Кромвелем. Дипломатические связи с Англией восстановили Испания, германские княжества, Венеция, Генуя, Дания, Португалия, Швеция, Франция. Прежнюю принципиальную позицию сохранила только Россия. И диктатора стало откровенно заносить. Например, при строительстве корабля «Нейзби» нос украсили статуей — «Оливер на лошади, топчущий ногами шесть народов: шотландцев, ирландцев, голландцев, французов, испанцев и англичан». Англичан — имеется в виду роялистов, но вот когда он «топтал» французов и испанцев, трудно сказать. Кроме того, в композицию входила фигура Славы, держащей над головой Кромвеля венок, и надпись — «С нами Бог».
Уверившись в собственной «избранности», он объявил себя покровителем всех протестантских конфессий наподобие «папы римского» в протестантском мире. И заявлял: «Если бы я был на 10 лет моложе, не было бы короля в Европе, которого я не заставил бы дрожать». Дошел он уже и до планов… мирового господства. Вынашивал идеи «крестового похода против папизма» и могущественного союза, в коем под руководством Англии объединились бы Нидерланды, германские протестанты, Швеция и Дания. Однако подобные проекты являлись чистейшим абсурдом. Голландцы, несмотря ни на что, оставались непримиримыми конкурентами англичан, датчане — врагами шведов.
