У него на мизинце было кольцо из золота и серебра, перевитого, словно веревки, изображающие двух змей с рубинами в пастях. Много лет назад это кольцо ему подарил отец, и Бьяджио почти никогда его не снимал. Но теперь он это сделал. Взяв Брину за руку, он положил украшение ей на ладонь. Глаза Брины, пораженной подарком, на секунду расширились, но она тут же покачала головой.
— Милорд, я не могу его принять. Оно слишком дорогое.
— Больше мне нечего вам подарить, — объяснил он. — Возьмите.
Брина улыбнулась.
— Вы пьяны, милорд.
— Несомненно. Но если вы мне откажете, я оскорблюсь.
— Милорд, я не понимаю. Почему вы дарите мне его?
— Потому что вы кое-что мне показали.
— Что я вам показала?
Бьяджио не ответил, а только сомкнул ее пальцы вокруг кольца.
— Завтра мы поговорим, — сказал он. — Боюсь, что дела обстоят еще хуже, чем я думал, и время у нас на исходе. Завтра мне необходимо снова встретиться с Редберном. Вы должны помочь мне его убедить.
— Милорд, о чем вы?
— Ш-ш. Завтра, — пообещал он ей. — Не сегодня. — Взяв ее за руку, он надел кольцо ей на палец. На ее руке оно смотрелось просто поразительно. Бьяджио улыбнулся. — Очень мило.
— Спасибо, — сказала она. — А теперь вернитесь со мной в зал.
Она попыталась вытянуть его из темного закоулка.
— Нет, — решительно заявил Бьяджио. — С меня хватит. Возвращайтесь. Веселитесь. Мне надо кое о чем подумать. Брина не выпустила его руки.
— Вы обещали мне показать, как танцуют на Кроуте. Вы собираетесь нарушить свое слово?
— Леди Брина...
— Не разочаровывайте меня, милорд. Сегодня день моего рождения.
Бьяджио взглянул на нее.
— Ну хорошо, — согласился он. — Один танец.
Хотя Бьяджио был пьян, танцевал он очень грациозно. Вращаясь в его объятиях, Брина смеялась, и на секунду император забыл о своих многочисленных заботах, отдавшись музыке и наслаждению от общества красивой девушки.
Элрад Лет ехал сквозь мрачный туман, и настроение у него было под стать погоде. Следом за ним ехал Шинн, как всегда бесшумно. Утренняя тишина выводила Лета из равновесия. Он не привык вставать из теплой постели в такой непристойно ранний час, и грязная дорога к Ветровой бухте не поднимала ему настроения. Два часа тому назад он мирно спал — и был разбужен стуком в дверь. Оказалось, что у капитана Зерно появились для него срочные известия и ждать с ними было нельзя. Скача сквозь туман, Элрад Лет думал о заносчивом выходце из Горкнея и о том, как приятно было бы вырвать у него язык. Если это шутка...
Но нет, Зерно не отличался склонностью к шуткам. Он — настоящий ушат слизи с дерьмом, но у него не хватит ума на розыгрыш. Лет боялся увидеть восставших рабов или подошедшие к берегу дредноуты Никабара. Однако пока вокруг было тихо. Стиснув зубы, Лет пришпорил коня: он был намерен в ближайшее время увидеть Зерно. Солдат, оправленный в Арамурский замок, ничего не знал, и неведение поставило правителя на грань безумия.
— Если не придержите коня, то сломаете себе шею, — предостерег его Шинн. — Да и меня угробите.
— Обычно ты не говоришь ни слова, Шинн. А сегодня я никак не могу заткнуть тебе рот!
Они миновали остатки разбитых повозок — брошенные остовы с расколотыми осями, не выдержавшие веса перевозимых по суше кораблей. Мимо стремительно проносились рабочие Валлаха, усталыми цепочками бредущие под наблюдением надсмотрщиков из Бизенны. Рабы приостанавливались только на секунду, чтобы опознать Лета — и плюнуть ему вслед. Лет не обращал внимания. Со времени его последнего визита в Ветровую бухту герцогу Валлаху удалось добиться поразительных успехов. Он наладил работу блоков, и теперь караваны трогались в путь точно по часам. Согласно последнему докладу герцога, почти половину его флота удалось переместить через Арамур, и теперь он стоял на якоре у южного берега. Вторая половина будет на месте через две недели. Дело спорилось, уже виден был конец, и Лет был очень доволен — пока не явился посланник от Зерно.
Он надеялся, что ничего серьезного не случилось. Мысль о непредвиденной задержке была невыносимой, особенно теперь, когда все пошло так хорошо. Дело сдвинулось с мертвой точки, цель близка, хитроумные планы Тэссиса Гэйла оказались наконец реально выполнимыми. Даже Праведники Меча вели себя удивительно тихо. Ни единого налета не было с тех пор, как Алазариан...
Как Алазариан — что? Погиб? Исчез? Лет не знал, что думать о своем так называемом сыне. Он только знал, что мальчишка пропал, и слава Богу.
Показалась Ветровая бухта. Лет придержал коня и осмотрел цель своей поездки. У берега кипела работа, и знакомая вонь от человеческих усилий умерила подозрительность Лета. Шинн поравнялся с ним и хмуро осмотрел привычную сцену. На вопросительный взгляд своего господина он ответил пожатием плеч. — Так что стряслось? — спросил дориец и тут же расхохотался. — Похоже, Зерно вас обдурил!
— Неужели? — прорычал Лет. — Черт подери, сейчас посмотрим!
