– Все согласились выступать послезавтра. Пракстин-Тар говорит, что будет готов. У нас будет всего один шанс: надо захватить Лета в замке врасплох и Сделать это раньше, чем Талистан сможет прислать ему помощь.
– А ты не думаешь, что Талистану будет не до того? Гэйл не пришлет Лету помощь – по крайней мере, если Бьяджио сделает то, что обещал.
– Ах, Бьяджио! – Ричиус выразительно закатил глаза. – Не знаю, что мне о нем думать. Алазариан ему доверяет, но…
– Доверять ему невозможно, – договорил за него Джал. – Я понимаю, о чем ты. Но мое недоверие к Бьяджио компенсируется моим доверием к Алазариану. Он – хороший юноша, Ричиус. И я знаю, что он не лжет.
– А ему и нет нужды лгать, – возразил Ричиус. – Может быть, Бьяджио просто его провел. Ты не знаешь императора так, как знаю его я, Джал. Он – мошенник. И умеет быть очень обаятельным.
– Алазариан говорит, что император изменился. – Джал усмехнулся. – Ты не думаешь, что человек способен меняться, государь?
– Не пытайся меня подловить, Джал. Ты знаешь, о чем я говорю. Бьяджио должен доказать свою искренность. И пока я считаю, что мы действуем в одиночку.
– Возможно, – согласился Джал. – Но у нас есть войско Пракстин-Тара, ты – наш полководец, и с нами Бог. Все это – неплохая армия.
Ричиус рассеянно кивнул. Джал вопросительно посмотрел на него.
– Милорд? – Да?
– Ты ведь пришел сюда говорить не о военных планах? Может быть, ты прямо скажешь, что тебя тревожит?
Ричиус негромко засмеялся.
– Теперь ты говоришь, как Бьяджио. Неужели я настолько открыт?
– Когда бродишь с таким кислым лицом – да. Садись, пожалуйста.
Ричиус уселся рядом с Джалом, по-мальчишески поджав ноги и глядя в темноту. Он не стал ничего говорить, а, глядя на Арамур, позволил себе окунуться в тишину. Джал молча дожидался, пока Ричиус соберет свои мятущиеся мысли.
Наконец Ричиус произнес:
– Они снова меня приняли. Джал кивнул.
– Я этого не ожидал. Мне кажется, что я этого не заслуживаю.
– Ты – их король, – ответил Джал. – Они всегда хотели, чтобы ты вернулся.
– Король! – презрительно фыркнул Ричиус. – Настоящий король их не бросил бы.
– Настоящий король вернулся бы. Что ты и сделал.
– Мне это нелегко. Я не надеялся, что снова увижу Арамур, и теперь я едва могу на него смотреть. Он слишком прекрасен.
– Наша страна ждет нас, – сказал Джал. – Мы ей нужны. Ричиус свел перед собой ладони.
– Тогда я могу только надеяться, что не разочарую ее еще раз.
Джал посмотрел на сжатые руки короля.
– Молишься, государь? – Нет.
– Нет? А следовало бы. Бог может тебе помочь.
– Боюсь, что мы с Богом в ссоре и не разговариваем.
– Но тебе стоило бы обратиться к Нему. Он может облегчить твое бремя. Он может снять с тебя чувство вины.
– Какой вины? – резко возразил Ричиус. – Я не испытываю никакой вины.
Джал посмотрел на своего короля.
– Я вижу, какая в тебе идет борьба. Ты пытаешься понять, почему Праведники приняли тебя после всего, что ты сделал. Ты чувствуешь себя виноватым из-за того, что нас бросил. Тебе кажется, что ты согрешил.
– Я не грешник.
– Бог может снять с тебя грехи, – продолжал Джал. – Если ты Ему это позволишь сделать. Попроси Его, чтобы Он тебя простил, Ричиус. И ты почувствуешь, что возродился.
Ричиус чуть отодвинулся от священника.
– Нет. Не думаю.
– Почему? Ты ведь веришь в Бога?
– Я не знаю точно, во что я верю.
– Ну и что же? Что ты теряешь? – Джал сел прямее. – Облегчи свою душу. Дай мне выслушать твою исповедь.
– Мне не в чем исповедоваться, – заявил Ричиус. – Я просто… тревожусь.
Джал сильно ткнул его в бок.
– Ты – король Арамура! – напомнил он Ричиусу, – Мы все тебя простили. И теперь тебе надо почувствовать, что Бог тоже тебя простил. – Джал закрыл глаза, приготавливаясь. – Итак, исповедь, государь. Говори.
– Джал, давай обсудим наши планы! – нетерпеливо проговорил Ричиус. – Нам нужно сделать очень много. И твои люди о тебе спрашивали. Тебе следует участвовать в планировании наших действий. Пойдем со мной, будем говорить с Пракстин-Таром.
– Потом, – сказал Джал. – Сначала помолимся, чтобы Бог вел нас верным путем.
– Джал, у нас осталось всего два дня!
– Для молитвы всегда найдется время, Ричиус. А теперь попроси Бога, чтобы Он простил тебе твои грехи.
– Я не грешник, Джал. Я просто человек, который ошибался. Я не собираюсь молить о помиловании.
Джал не открывал глаз.
– Я жду.
Секунду ему казалось, что король готов заговорить, но потом он услышал шорох и звук удаляющихся шагов. Когда Джал, наконец, открыл глаза, Ричиуса рядом не было.
– Отче небесный, прости его, – с улыбкой вздохнул Джал. – Но действительно, не все сразу. Мы хотя бы вернули его обратно.
