…Бригада в срочном порядке переходила на новый вид стрелкового оружия. В порядке эксперимента. Штурмовые роты получали только что прошедшие общие армейские испытания новые малогабаритные автоматы А‑91. Система булл‑пап, длина всего шестьдесят семь сантиметров, закрытая ствольная коробка. Прицельная дальность до 600 метров. Интегрированный однозарядный подствольный гранатомет. Сверху рукоятка для переноски, как у М‑16, с встроенным прицелом. Общий вес около пяти килограммов.
Патроны тоже новые. 7Н30. Пуля немного длиннее, чем стандартная, и тяжелее. Бронепробиваемость повышенная. И очень высокое для калибра 5, 45 останавливающее действие.
– Пуля мощная, пробивает броники лучше, чем эсвэдэшка. Попадая в человека, делает поворот на девяносто градусов и идет дальше боком. Да еще с закруткой, – рассказывал нам зам комбрига по вооружению. – А потом ломается пополам. Внутренности всмятку…
– Да‑а… – протянул я, разглядывая новый патрон. – Неплохо. И что, как результаты испытаний?
Майор хмыкнул, подбросил патрон на ладони.
– Наши хлопцы использовали эти патроны при стычке на китайской границе. Сшибает с ног лучше, чем 7, 62.
Я глянул на Радована, тот рассматривал автомат, вертя его в руках. Рядом Димид с помощью сержанта разбирал новое оружие. Моих парней теперь за уши не оттащишь от игрушек.
– Благодарю, майор. – Я окликнул Караджича. – Вот и первый результат. Приедем, напишем заявку. Такие боеприпасы нам в самый раз. Ну, майор, что у вас еще интересного?
Потом мы наблюдали за построением штурмового взвода. Это было зрелище. Бойцы стояли в полном снаряжении. Тяжелый бронежилет с дополнительными наплечниками, сферический шлем с забралом из спецстекла, налокотники, наколенники и щитки на голень из металлокерамики, способные удержать автоматную пулю по касательной. Ботинки с металлическими вставками на подошве, могут уберечь от взрыва противопехотной мины. Разгрузки с сумками под магазины, гранаты и выстрелы к подствольнику. И остальное все как положено.
Чтобы таскать такое на себе и при этом не падать от усталости, нужно здоровье и выносливость лошадиные. В строю парни как на подбор. Рост в пределах 175 – 190 сантиметров. Здоровые, плечистые, мощные. Видно, что мышцы не в качалках наращивали, а на полигонах и спортзалах. Потаскай на себе сорок килограммов часов семь в день, побегай, попрыгай на полосе препятствий и на марше, поработай на стрельбище и полигоне, таким же станешь.
А эти в полном снаряжении еще стометровки бегают. На время.
Я смотрел на взвод, в душе слегка завидуя. В бригаду конкурс – на место двадцать человек. Идут лучшие, берут самых‑самых. И дело не только в повышенной ставке и прочих надбавках, но и в престиже.
Радован, стоящий рядом, толкнул меня в плечо.
– Мощь и натиск. Так вроде у них говорят…
– Это ты к чему?
– Сравниваю. – В голосе моего зама слышалась легкая зависть. – Наши не хуже, но времени на подготовку столько не было. И не такие… авантажные.
Я с улыбкой глянул на него, бросил взгляд на Димида, что стоял неподалеку, наблюдая за построением.
– По секрету скажу – наши лучше.
Караджич недоверчиво хмыкнул. Промолчал.
– Правда. Эти бравые десантники подготовлены по самым лучшим на сегодня методикам.
– Ну?
– А наши – по методикам завтрашнего дня.
Караджич опять хмыкнул, обдумывая слова, прошел взглядом по ровной шеренге, что выглядела несокрушимым монолитом, недоверчиво протянул:
– Ты уверен? По‑моему, круче этих орлов быть невозможно.
– Круче невозможно. Лучше – вполне.
Я не стал вдаваться в подробности, решив отложить объяснения на потом.
Вечером, когда солнце уже ушло за горизонт, мы сидели за столом в кабинете Строшина. Кроме нас, здесь были заместитель комбрига, начальник штаба и зампотех. Выпив, как положено, за боевое братство и грядущую победу, разговорились о повседневных делах, проблемах подготовки и о том, что ждет нас в скором будущем.
Расположение бригады мы покинули часа через полтора. Нагруженный впечатлениями и новостями по горло, я задремал на сиденье и проснулся только от толчка в плечо.
– Артур.
– Ну?
– Приехали.
– Ужо? – Я нехотя разлепил глаза, зевая и потягиваясь. – Из‑за этого будить?
– У нас гости, – с непонятной интонацией произнес Радован.
– Да? И хто?
– Дорич.
Я выглянул в окно и заметил машину регионального комиссара, стоявшую у корпуса базы.
– Ну вот, – протянул молчавший всю дорогу Димид. – Началось…
– …Началось. Они пошли ва‑банк!
Региональный комиссар бросил на стол свежую, только из типографии газету. Глаза выхватили заголовок в полстраницы «США, Магриб и Ламакея заключили трехсторонний договор!». Ниже шел подстрочный текст «Соглашение за спиной Ругии заключено вразрез с международными соглашениями и противоречит уставу ООН».
– То есть? – поднял я глаза на Дорича. – Они объявили Ругии войну?
– Пока нет. Но если мы начнем вторжение, не исключено, что Магриб двинет сюда свой флот. Да и Шестой флот США готов к рейду.
– Тогда… – Я откашлялся, закрыв рот кулаком. – Тогда это Третья мировая. Мы не будем смотреть, как они высаживают войска на побережье.
