– Ну, сейчас-то он вполне оправился, – откликнулся Килмара. – И злится на себя за то, что потратил столько времени даром. Поэтому я и сказал, что он в ворчливом настроении.
Кэтлин засмеялась, и ее смех оказался настолько заразительным, что вскоре оба они смеялись, продолжая рука об руку брести по бесконечному песчаному берегу.
По мнению Фицдуэйна, самым неприятным последствием его ранений – а он считал, что именно его мнение самое квалифицированное, ведь пострадало-то его тело – был внешний фиксатор, который бригада хирургов-ортопедов решила использовать, чтобы излечить раздробленную бедренную кость. К счастью, это было временной мерой.
В кость бедра вставили крест-накрест четыре титановые спицы – две над переломом, и две – под ним. Спицы эти торчали прямо из ноги, что само по себе было неприятно. Концы спиц скрепили между собой перекрещивающимися растяжками, и вся конструкция напоминала Фицдуэйну строительные леса, выстроенные вокруг ноги. Нога его стала похожа на механическую конечность робота из фантастического боевика, а Фицдуэйн предпочитал оставаться человеком.
Хирурги между тем были исключительно довольны и откровенно гордились делом своих рук.
– Преимущество внешней фиксации перед фиксацией внутренней заключается в том, что она практически исключает возможность заражения, – сказал Фицдуэйну их глава, разглядывая рентгеновский снимок Фицдуэйновского бедра с таким интересом, с каким нормальный мужчина мог бы рассматривать центральный разворот журнала “Плэйбой”.
– Все это замечательно, – возразил Фицдуэйн, – но из-за этой штуки я становлюсь похож на недостроенную Эйфелеву башню. А как это выглядит со стороны?
Хирург успокоительно осклабился.
– Это всего лишь небольшое неудобство, – заверил он Фицдуэйна. – Вам совершенно не о чем беспокоиться.
Довольно скоро Фицдуэйн обнаружил, что понятие “небольшого неудобства” имеет весьма относительный характер. Внешняя фиксация была в высшей степени неудобна. Во-первых, несмотря на регулярные перевязки и уход, те места, где вонзались в его плоть спицы, постоянно болели, отчего Фицдуэйн пребывал в неизменно раздраженном настроении. Стоило ему неосторожно зацепить фиксатор, как кожа лопалась и начинала саднить. Во-вторых, якобы для того чтобы помочь ему уснуть, на ночь вокруг его ноги устанавливалась специальная клеть, чтобы он не запутался в одеяле всеми этими спицами и винтами.
– Вы сможете начинать ходить сразу после того, как мы установим внешний фиксатор, – сказал ему хирург. – Регулярные упражнения чрезвычайно важны.
Фицдуэйн же, богатое воображение которого было его настоящим проклятием, живо представлял себе свое раздробленное бедро чуть не во всех анатомических подробностях и поэтому поначалу ему было страшно даже подумать о том, чтобы встать на искалеченную ногу. Впрочем, в этом вопросе ему не было предоставлено свободы выбора.
На четвертый день он приступил к динамическим упражнениям.
На пятый день ему помогли подняться с кровати, и он, опираясь на четырехколесный каркас, к своему восторгу, сделал первые двадцать шагов.
Поначалу ему было страшно, потом он начал чувствовать себя неуклюжим и неловким. Из груди у него все еще торчали дренажные трубки. Врачи сказали Фицдуэйну, что его осторожные передвижения пока что не ходьба, а видимость ходьбы. Но что бы они ни говорили, начало было положено.
В конце первой недели дренаж из груди убрали: На вторую неделю Фицдуэйн оставил свою тележку и освоил костыли. К началу третьей недели он уже мог преодолевать расстояние в пятьдесят ярдов за один присест, и с каждым днем его настроение улучшалось.
Через два с половиной месяца Фицдуэйна снова посетил хирург, который при виде рентгеновского снимка бедра Фицдуэйна пришел в совершенно неприличный восторг.
– Вам очень повезло, Хьюго, – заявил он, – что покушавшиеся использовали дозвуковые боеприпасы. Ваша бедренная кость пострадала довольно сильно, но могло быть намного хуже. Учитывая все обстоятельства, могу сказать, что нога заживает весьма удовлетворительно. По-моему, мы прекрасно поработали!
– Откуда я, черт побери, знаю? – на редкость добродушно отозвался Фицдуэйн. – Если бы я регулярно получал такие пробоины, может быть, тогда у меня была бы возможность сравнивать.
Хирург привык к тому, что во время его обходов и сестры, и пациенты обращаются к нему как к высшему существу, однако Фицдуэйн ему нравился.
– Ирландия – это остров за большим островом, – сказал он, – а вас ранили даже не в Ирландии, а на крошечном островке, который находится еще дальше. Считайте, что вам очень повезло, что вас не вымазали зеленкой и не отпустили на все четыре стороны. Так что вам придется поверить мне на слово. Что касается непосредственно вашей ноги, то кровообращение достаточно хорошее, а вокруг перелома появился келоидный нарост – это разрастается новая костная ткань. Именно поэтому я собираюсь снять ваши фиксаторы в самое ближайшее время.
