— Миш! Я должен тебе кое-что рассказать.
— Прямо сейчас?
Михаил Дмитриевич с недоумением посмотрел на сидящего рядом профессора. Тот был явно взволнован, кусал губы, тёр рука об руку, теребил ворот рубашки…
— Ну, хорошо. Рассказывай.
В больницу они сегодня пришли минут за двадцать до того часа, когда разрешены посещения и передачи. Жанна обещала по телефону выйти в больничный холл как положено, поэтому времени для разговора вполне хватало.
— Помнишь, я говорил, что сумею решить проблему с деньгами? — нервно выдохнул Александр Григорьевич.
— Ну… было такое, да.
— А в пятницу просил тебя подождать и не залезать пока в этот ваш — как его — субподряд?
— Помню.
— Так вот. Считай, что деньги у нас в кармане.
— Откуда? — удивился «чекист».
Синицын вздохнул, вытащил из портфеля прозрачный файлик с бумагами и протянул Смирнову.
— Я нашёл спонсоров для наших исследований. Ну, в смысле, не спонсоров, а инвесторов.
Минут пять Михаил Дмитриевич изучал бумаги, затем покачал головой и повернулся к профессору:
— Здесь два варианта контракта. Как я понимаю, ты их пока не подписывал.
— Нет. Сперва хотел с тобой посоветоваться.
— Это правильно. И первое, о чём я тебя спрошу — откуда эти инвесторы узнали о наших планах? То есть, вру. Сначала — что именно они знают? Что ты им рассказал?
— Я? — Синицын внезапно смутился. — Да, собственно… ничего такого. Только научную часть и возможности её применения в медицине.
— Какие возможности?
— Типа, увеличение жизни и всё такое. У меня это и в обосновании гранта было написано… ну, того, по которому мне в Курчатнике финансирование открывали.
— То есть, это были официальные публичные данные? — уточнил Смирнов.
— Ну да. Они самые. Их даже в «Роснано» публиковали, полгода назад, в дайджесте для пакетных инвесторов.
— Ладно. Я понял.
«Фээсбэшник» кивнул.
Доктор наук облегчённо выдохнул.
— Первый вариант мы не будем подписывать в любом случае, — продолжил Михаил Дмитриевич. — Хотя он, конечно, выгодный. Ничего возвращать не надо, надо лишь поделиться подробным описанием установки, условиями эксперимента, полученными результатами и разрешить их «некоммерческое использование» — хрен знает, что это такое, но штука, видимо, прибыльная…
— Да я и сам его подписывать не хотел, — подхватил профессор. — Выгодно-то, конечно, выгодно, но лучше уж по старинке — просто денег занять.
— Просто занять? — усмехнулся напарник.
— Ага. Как во втором варианте.
— Эх, Шура, Шура… Не просто так тебе предложили два варианта. Первый был нужен лишь для того, чтобы ты от него отказался. Зато второй… — Смирнов поднял палец. — На фоне первого он прямо святая невинность. Обычный займ, и ничего больше. Даже процентов нет. Рупь за сто, они тебе втюхивали, что не берут проценты, потому что банковской лицензии у них нет, а обманывать они не хотят. Типа, честные.
— А… откуда ты знаешь? — ошарашенно пробормотал доктор наук.
— Догадался, — ухмыльнулся «чекист». — Ход вполне предсказуемый, хотя и стандартный.
Учёный недовольно поморщился.
— Ты о них так говоришь, словно они наши противники или даже враги.
— В бизнесе, Шура, друзей нет. Только партнёры, которые одновременно и конкуренты.
— Но мы же не бизнесмены.
— Мы-то нет. А они?
Синицын почесал в затылке.
— Они — да. Тут ты прав на все сто.
— Во-от! Поэтому и думать, и действовать они должны именно как бизнесмены.
— Ну, хорошо. Пусть так. Но чем же тогда для нас плох второй вариант договора? — Александр Григорьевич указал на бумаги.
