— Жалко, — выдохнула с сожалением Жанна, разглядывая полуразобранную веранду танцевальной площадки. — Тут даже сторожа нет.
— Так это же хорошо, — не согласился я.
— Почему хорошо?
— Билеты теперь покупать не нужно.
— Ты думаешь? — прищурилась девушка.
— Конечно. Карусели есть, билетёров нет. А заборы для нас не проблема. Ну что, пошли?
Я протянул ей руку.
— Пошли, — тряхнула косой будущая мадам Фомина.
Через решетчатый невысокий забор мы перебрались на раз-два. Я его перемахнул почти без напряга, после чего помог перелезть спутнице. Наверное, надо было сначала её подсадить, а уж потом самому, однако что вышло, то вышло. Хорошо, что Жанна девушкой оказалась спортивной, и на скорость преодоления преграды моя промашка особо не повлияла.
— Здорово! — весело произнесла «супруга», спрыгнув на землю. — Не думала, что так можно.
— Это ещё не всё, — ухмыльнулся я, глядя на её раскрасневшееся лицо.
— Будем запускать карусели? — рассмеялась Жанна.
— Нет, вручную раскрутим.
Первая «незаклиненная» карусель отыскалась поблизости. Обычные штанги с самолётиками на концах. Мы принялись раскручивать эту «вертушку» и запрыгивать на ходу в «кабинки пилотов». Время от времени кто-то из нас соскакивал на дощатый помост и придавал вращающейся конструкции дополнительное ускорение. Жанна веселилась вовсю. Я, к моему искреннему удивлению, тоже. Никак не думал, что будет так весело. Вроде не мальчик уже, за плечами полтинник без малого, а всё туда же — никак в детство не наиграюсь. Или это моё «молодое» сознание так действует-влияет на организм? В любом случае, останавливаться желания не было. Хотелось и дальше крутить и крутить эти дурацкие аэропланы и радоваться, глядя на заливающуюся смехом спутницу.
Накрутившись вдоволь, мы перешли к следующему аттракциону. Опять карусель, только уже с сиденьями. И не на штангах, а на длинных цепях, свисающих с упирающихся в металлическую дугу труб. На этот раз Жанна не стала участвовать в «разгоне» системы. Просто уселась на одну из сидушек и принялась раскачиваться на ней, стараясь достать меня, тянущего по кругу соседнюю. Иногда это у неё получалось, и она сразу же говорила: «Оп! Не успел, не успел. Я выиграла!»
И хотя уворачивался я гораздо чаще, всё равно по итогам игры спутница заявила, что я побеждён и, значит, должен ей, как минимум, три желания. Почему именно три и почему должен (мы ведь не спорили), она конечно не объяснила.
Карусели наскучили нам минут через двадцать. Новой забавой стали качели-лодочки. Я быстро отыскал нужный рычаг, снял механизмы со стопора, и, запрыгнув вслед за Жанной в одну из лодок, принялся за раскачку. На пару мы раскачали эту лодку до такой степени, что едва не вылетели из неё на очередной «петле». Я даже испугался немного. Спутнице же моей всё было нипочём. «Ещё! Ещё! Давай! Здорово!» — вскрикивала она раз за разом, словно хотела прямо сейчас улететь в покрытое звездами небо.
«Фух! Слава те господи», — мысленно пробормотал я, когда Жанна наконец-то устала и махнула рукой, показывая, что пора «приземляться».
— Ох! Что-то у меня голова закружилась, — сообщила она, вылезая из лодочки и хватая меня за плечо. — Наверное, хватит уже.
Я возражать не стал. Помог даме спуститься и указал на калитку в заборе:
— А мы, оказывается, дураки. Зачем лезли через забор, когда дверца открыта?
— Это не мы дураки, — уточнила Жанна. — Я эту калитку и раньше видела, просто сказать не успела.
— Ну, значит, дурак только я.
— Это точно, — улыбнулась «супруга».
И я опять не стал возражать. Действительно, сам дурак — не замечал очевидного.
Зато сейчас всё видел отлично. И распахнутую настежь калитку, и топчущихся возле неё двух подозрительных типов. Они явно наблюдали за нами и, кажется, имели на наш счёт определённые планы. Нарывались на приключения, одним словом.
«Ну что ж, бог вам судья. А я только исполняю вынесенный наверху приговор».
Не знаю почему, но никакого страха у меня не было. Даже наоборот, какая-то бесшабашность накрыла. То ли это Жанна на меня так повлияла, то ли просто желание попробовать себя в деле и уверенность в собственных силах.
Сделав вид, что завязываю шнурок на кроссовке, я наклонился к земле и незаметно сунул в рукав острый металлический штырь, валяющийся возле бордюра. Скорее всего, это была деталь от одной из частично разобранных каруселей, выроненная монтажниками.
— Пойдём, — кивнул я спутнице и не спеша двинулся к выходу.
Жанна неожиданно вцепилась мне в руку и прошептала на ухо:
— Слушай, там какие-то придурки стоят. Может, подождём, пока не уйдут?
— Не волнуйся, всё будет нормально, — успокоил я спутницу. — Ничего они нам не сделают…
— Эй, пацан. У тебя рупь есть? — окликнул меня тот, что стоял поближе, едва мы миновали калитку.
Я поднял глаза на «просителя».
Ещё шажок, и Жанна уже у меня за спиной. Выскользнувшая из рукава «заточка» блеснула в свете неяркого фонаря.
— Шли бы вы, ребятки, своей дорогой. Целее будете.
Голос мой прозвучал глухо и очень зло.
