– Это не ерунда, – так же на повышенных тонах ответил Андерсон. – Это то, что у нас есть: ни хрена. И я не хочу слышать ни от тебя, ни от Дэвенпорта о том, какую бурю нам устроит пресса. Это первое, что ты нам сказал, как только мы сюда вошли. Ну, что там с этой прессой? Да пошла она куда подальше! Мы делаем все, что только можем, вашу мать!
Он повернулся и вылетел из комнаты.
Даниэль, чей эмоциональный взрыв был на середине перекрыт шквалом эмоций Андерсона, плюхнулся обратно на свой стул.
– Пусть кто-нибудь пойдет и вернет его, – сказал он после минутной паузы.
Когда Андерсон вернулся, Даниэль кивнул ему.
– Извини, – сказал он, потирая глаза. – Я теряю контроль. Мы должны положить всему этому конец. Нужно его поймать. Идеи есть? Давайте ваши предложения.
– Не надо снимать наблюдение с Макгаун, – сказал Лукас. – Я все еще думаю, что с этим получится.
– После убийства Уиткрофт она все там облазила, – заметил один из детективов. – Как она узнала? Ведь она на добрых полчаса опередила всех остальных.
– Не беспокойся об этом, – ответил Даниэль. – Я хочу, чтобы наблюдение было таким тщательным, чтобы даже муравей не мог туда пробраться. Понятно? Что еще? Что-нибудь есть? Как там дела с опросом людей, которые могли купить пистолет у Раиса?
– Там кое-что есть, – сказал Слоун. – Сразу после войны Райс был в Японии и привез оттуда кое-какие сувениры, крошечные фигурки из слоновой кости. Ну, как их там называют? Не могу вспомнить. Так вот, он рассказал о них своему соседу, и тот посоветовал ему насчет художественной галереи, которая занимается искусством Востока. И вот человек из этой галереи пришел к нему и купил эти фигурки. Он дал за них Раису пятьсот долларов. У нас есть счет. Я ходил к нему поговорить, его зовут Алан Нестер, и его заведение находится на Николлет.
– Видел я его заведение, – сказал Андерсон. – «Алан Нестер. Предметы искусства Востока». На первом этаже «Балморал Билдинг».
– Шикарный адрес, – заметил Лукас.
– Он самый, – поддакнул Слоун. – Тем не менее он так и не нашел для меня времени. Сказал только, что ничего не знает и что только одну минуту поговорил с мистером Райсом и тут же ушел. Никакого пистолета не видел и ничего о нем не слышал.
– Ну и что? – спросил Даниэль. – Ты думаешь, что это он?
– Нет, нет. Он слишком высокий, должно быть, выше ста девяноста сантиметров, и очень худой. И по возрасту он староват. Ему лет пятьдесят. Один из тех придурков, что вместо галстука носят шарф.
– Галстук-эскот?
– Да, кажется. Я не думаю, что он убийца, но он занервничал и начал врать. Возможно, он ничего не знает про Бешеного, но из-за чего-то он нервничает.
– Приглядись там, посмотри, что можно раскопать, – сказал Даниэль. – А что с остальными?
– У нас еще шесть человек, – ответил Слоун. – Это наименее вероятные кандидаты.
– Займись ими в первую очередь. Кто знает, что там может оказаться.
Он посмотрел по сторонам.
– Что-нибудь еще?
– У меня ничего, – откликнулся Лукас. – Ничего не приходит в голову. Сегодня похожу по улицам, посмотрю, как там дела, а потом поеду на север. У меня здесь плохо получается.
– Задержись на минуточку, ладно? – попросил Даниэль. – Все свободны. И прошу прощения, Энди. Я не хотел на тебя кричать.
– Я сам от себя этого не ожидал, – проговорил Андерсон, горько усмехаясь. – Это все Бешеный.
– Андерсон не хочет говорить о прессе, – сказал Даниэль, хлопнув по стопке газет на своем столе. – Но надо же что-то делать. Я сейчас не говорю о том, как бы удержаться на службе. Ведь начнется паника. Где-нибудь в Лос-Анджелесе это обычная вещь, но наши люди… Такого просто не бывало. Все начинают бояться.
– Что ты подразумеваешь под словом «паника»? Люди кинутся бежать по улицам? Этого не будет. Все просто будут тише воды, ниже травы.
– Я говорю о людях, у которых есть оружие. Я говорю о студентах колледжей. Кто-то из них может вернуться с вечеринки в неурочное время, когда родители его не ждут, среди ночи, ведь папаша запросто разнесет ему голову из своего кольта. Вот о чем я говорю. Ты, вероятно, молод и не помнишь, как Чарли Старкуэзер убивал людей в Небраске, и тогда люди, выходя на улицу, брали с собой ружья. Нам такого не надо. И не нужно, чтобы Национальная ассоциация стрелкового оружия провернула очередную кампанию нагнетания страха под лозунгом «Пистолет в каждом доме, танк в каждом гараже»
– Мы должны побеседовать с издателями и управляющими телестанциями или их владельцами, – сказал Лукас после минутных раздумий. – Они могут просто
– Думаешь, они на это пойдут?
Лукас еще немного подумал.
