— Ничего, — успокоила его секретарша и томно вздохнула. — Я скоро приеду.
— Мы будем ждать!
Пучков повесил трубку и пожал плечами:
— Она какая-то странная. Впрочем, что это я? — пробурчал он. — Все женщины странные, потому что мыслят не так, как я.
Телефон на столе неожиданно зазвонил, Стас взял трубку и услышал голос Насти.
— Что? — испугался он. — Что-то не в порядке?
— Руслан пришел в себя! — воскликнула та радостно. — Мы можем к нему поехать?
— Конечно. Я заеду за тобой через полчаса.
Стас перезвонил в больницу, убедился, что Фадеев и в самом деле очнулся, и тут же сорвался с места.
— А как же мозговой штурм?! — крикнул ему вслед Таганов, уже обложившийся бумажками с записями.
— Придется отложить. Будет новая информация!
— Не забывай, это Фадеев заплатил за все, — напомнил Саше Пучков. — Мы, конечно, должны заниматься им самим в первую очередь.
— Мы и занимаемся, — буркнул Таганов. — Уже дозанимались до полного офигения.
После ухода Стаса Пучков с Тагановым стали обмениваться соображениями.
— Думаю, наблюдение со Степана Фокина можно снять, — в задумчивости проговорил шеф. — Он ведет себя тривиально. И слежка ничего, кроме расходов, не приносит.
— Зато благодаря ей у нас есть уверенность, что Степан не причастен к гибели Чекмарева.
— Пока мне это дело представляется беспорядочным нагромождением фактов.
— Давайте следить за всеми подозреваемыми, — предложил Таганов.
Пучков снисходительно рассмеялся:
— Тотальную слежку может оплатить только правительство. А Фадеев, увы, всего лишь рядовой бизнесмен.
— Что, неохота напрягаться?
— У меня Стас напрягается. Не боись, он обязательно поймает какую-нибудь рыбку в этой мутной воде. Я верю в его интуицию. У него башка варит — ого-го как.
— Я знаю, — вздохнул Таганов. — Только очень все опасно. Теперь вот покушение на Шорохову. Если этот тип и впрямь решил избавиться от нее, он ведь предпримет вторую попытку?
— Вряд ли. Не верю я в это. Вообще не верю в то, что Шорохову на самом деле хотели убить.
— То есть?
— Думаю, это какой-то отвлекающий маневр со стороны нашего мистера Инкогнито.
— Но если бы Стас не задержался там…
— Да он знал, что Стас задержался! Он наверняка следил за домом, дожидаясь появления Шороховой. Бессонов приехал и, если я правильно понял, втащил Анастасию в подъезд на руках. Убийца что, по-твоему, совсем кретин?
Он ведь должен был понимать, что Стас наверху.
— Да ничего он не понял! — вскипел Таганов. — Ведь было уже темно. Я Стаса караулил на площадке больше часа. Об этом преступник вряд ли догадывался. Я вышел из подъезда, сел в машину Стаса и уехал, понимаешь? Этот тип, если он и впрямь следил за домом, наверняка подумал, что я — это Стас и что он уехал.
— В таком случае покушение было настоящим, — пробормотал Пучков. — И Шорохову тоже надо охранять.
— Замечательная мысль, — с иронией заметил Таганов. — Стас уверен, что Воробьева надо охранять, ты уверен, что Шорохову. А я убежден, что следить надо за старшим Фокиным. У него, именно у него демоническая рожа.
В этот момент отворилась входная дверь, и эта самая рожа появилась прямо перед Тагановым. От неожиданности тот подпрыгнул на стуле — войти просто так в агентство было невозможно. Однако все разъяснилось, когда вслед за Валерием Антоновичем в приемную вплыла Вероника Матвеевна. Физиономия у нее была исцарапана, и вдобавок на скуле наливался багровый кровоподтек — Боженьки мои! — воскликнул Пучков. — Это называется — ничего не случилось?!
— Здрасьте! — поздоровался Фокин и широко улыбнулся. — Мы вот тут.., приехали.
— Очень хорошо, — неуверенно ответил тот. — Будьте как дома.
— Садись вон туда, на диванчик, — фамильярно приказала Вероника Матвеевна Фокину, и Пучков с Тагановым изумленно переглянулись.
— Если ты не против, я сначала вымою руки, — ответствовал тот и скрылся в коридорчике. Было ясно, что он дает возможность Веронике Матвеевне объясниться с начальством.
— И что все это значит? — немедленно вопросило начальство. — Вам что, удалось расколоть Фокина?
— Черта лысого его расколешь, — отозвалась Вероника Матвеевна.
— А почему вы.., вместе?
— Так получилось. В конце концов, — тут же озлилась она, — вы сами велели мне им заняться. Или я что-то не правильно поняла?
— Правильно, правильно, — закивал Пучков. — Вы не волнуйтесь. И что у вас было?
— Всякое было, — туманно сказала секретарша. — Не суть важно. Главное, мы привезли конверт.
— Какой конверт? — немедленно поинтересовался Таганов.
— Вот. — Вероника Матвеевна вытащила из сумки и бросила на стол большой толстый пакет. — Здесь все о Насте Шороховой. Ее история, ее фотографии… Все.
— Хотите сказать, Фокин был в курсе?… — не поверил Пучков.
— Ах, спросите у него сами! — махнула ручкой Вероника Матвеевна. Достала из сумочки пудреницу и принялась маскировать наружные повреждения.
Пучков и Таганов переглянулись еще раз. Тут вернулся Фокин, сел на диванчик и признался:
— Из-за этой папки у меня были неприятности.
— Что вы говорите? — пробормотал Пучков.
— Когда Вероника ее обнаружила, — он усмехнулся, — то подумала, что я влюбился в Настю Шорохову.
