— Именно так я впервые встретилась с Андреасом, — сказала она. — Я посчитала, что моей дочери следует поступить в соответствии с обычаем.
— Полностью с вами согласен, — сказал Яван. — А ты, Тавис?
— Конечно, отец, — ответил молодой лорд. — Леди Иоанна очень мудра.
И снова Яван одобрительно кивнул, а мгновение спустя возобновил разговор с герцогом и герцогиней Кентигернскими, предоставив Ксаверу возможность оглядеться по сторонам.
Во многих отношениях Кентигерн походил на Керг. В обоих городах были большие рыночные площади с многочисленными лавками, кузницами, трактирами и торговыми лотками. Насколько удалось заметить Ксаверу, окраинные улицы здесь, как и в Керге, служили проходами к рынкам для пастухов из окрестных деревень, пригонявших на продажу своих овец и прочий скот. Единственная существенная разница между Кентигерном и Кергом заключалась в расположении замка. Замок Явана, хотя и был самым большим зданием в Керге, все же оставался частью города. Торговые лавки и жилые дома располагались прямо под его стенами. Но Кентигернский замок стоял на самой вершине холма, возвышался над обнесенным стеной городом, словно раз и навсегда отделенный от него. Город кончался у подножия холма, а дальше начиналась единственная дорога, которая долго петляла по поросшему низкой травой склону между огромных валунов и невысоких деревьев, прежде чем приводила к воротам замка. Возникало такое впечатление, будто люди, возведшие замок, стремились обезопаситься не только от анейранцев, но и от собственного народа.
— Вы такое ожидали увидеть? — спросил Фотир, снова ловя взгляд Ксавера. Никогда еще первый советник не выказывал к нему подобного интереса.
— Я вообще плохо представлял, чего ожидать. — Ксавер говорил тихо. — Это великолепный замок.
Фотир кивнул и перевел взгляд на замок. Однако мгновение спустя он снова посмотрел в глаза Ксаверу:
— Похоже, лорд Тавис оправился от потрясения, вызванного пророчеством.
— Думаю, да. — Внезапно Ксавер внутренне напрягся.
— Вы знаете, что он увидел, Ксавер?
— Нет. А если бы и знал, то не сказал бы вам.
— Даже после всего случившегося вы продолжаете защищать его. Герцог прав: лорду Тавису повезло с вами.
Ксавер молчал, опустив глаза.
Но Фотир умел читать мысли.
— А возможно, дело не в этом. Возможно, вы просто не доверяете мне.
Ксавер искоса взглянул на него, но по-прежнему ничего не ответил.
— Хорошо, господин Маркуллет, — сказал кирси. — Очень хорошо. Вы заблуждаетесь на мой счет. Я — друг и вам, и молодому лорду. Но таких друзей у вас гораздо меньше, чем вы думаете. Не доверяйте никому. Лучше принять друга за врага, чем врага за друга.
И первый советник вновь устремил взгляд вдаль, предоставив Ксаверу обдумать услышанное. Слова Фотира звучали не только как предложение дружбы, но и как предостережение. Если бы только Ксавер знал, чему верить.
Покинуть ярмарку было непросто. К счастью, Джедрек все же согласился остаться, хотя Кадел потратил почти целый день на уговоры. Уход сразу двоих певцов привлек бы внимание других музыкантов и, вполне возможно, Джегора и Ории, а на такой риск он пойти не мог. Так или иначе, Кадел проделал лишний путь в несколько лиг, чтобы не вызвать подозрений своим уходом и не выдать своего истинного места назначения.
Ярмарка покинула Керг за семь дней до Черной Ночи и двинулась через Вересковые пустоши на северо-восток, к Галдастену. На третий вечер, когда ярмарка находилась в полных пяти лигах от Керга, Кадел и Джедрек инсценировали драку из-за женщины в деревенской таверне. Они не первый раз прибегали к подобной хитрости. И в самом деле, ярмарочные певцы, которые провели с ними довольно много времени, не удивились, когда они двое бросились друг на друга с кулаками. Поэтому, когда Кадел, с разбитым носом и рассеченной скулой, покинул ярмарку, у остальных артистов не возникло никаких вопросов.
Он поехал верхом в направлении Сассина и свернул в сторону Кентигерна только в середине следующего дня, когда убедился, что не встретит никаких знакомых. По дороге он остановился в маленькой деревушке, расположенной под самыми стенами Хенеи, но только для того, чтобы нанести визит деревенскому аптекарю. Оттуда он поскакал во весь опор к Кентигернскому холму.
Кадел знал, что герцог Кергский со своими людьми не двинется в путь до начала следующего месяца. Не многие осмеливались путешествовать в Черную Ночь, даже в месяце Амона — наименее опасном, согласно зловещим легендам. Таким образом, у Кадела оставалось в запасе несколько дней, чтобы наверстать время, потраченное на путешествие с ярмаркой. Это обстоятельство вкупе с отсутствием спутников позволило ему добраться до Кентигерна за три полных дня до прибытия герцога. Все же он дождался, когда всадники из Керга покажутся на опушке Кентигернского леса, и только потом пешком вошел в город через северные ворота в компании нескольких разносчиков и пастуха, пригнавшего стадо коз из прибрежной деревни.
