— Кто из постояльцев люксов, на твой взгляд, наиболее подходит для дружеского" контакта с одной из нас? — вместо ответа спросила у нее Кира.
— Вот уж не знаю! — искренне удивилась Леся. — Сегодня на завтраке они были с нами холодно вежливы, но и только. И вообще, у них теперь новые друзья.
— Кто такие? — оживилась Кира. — Почему я не знаю?
— Да и я их не знаю, — пожала плечами Леся. — Просто видела, что вчера приехавшая новенькая пара — муж с женой — все время тусуется с нашими люксовцами.
— И что? Как они выглядят?
— Он нашего с тобой возраста, может быть, чуть младше, — ответила Леся. — А она выглядит лет на сорок, значит, на самом деле ей все пятьдесят, а то и пятьдесят пять. И они все время целуются.
— Фу! — сморщилась Кира. — Что за гадость?
Нет, эти пока не в счет. И потом, ведь они живут не в люксе, верно?
Леся молча кивнула.
— Значит, выбираем из уже знакомых нам постояльцев люксов.
И подруги принялись перебирать шесть персон, пытаясь выбрать наиболее подходящую. Впрочем, сама судьба решила за них. Со своей террасы они увидели, что Эстель, странное дело, возвращается в жилой корпус одна. Где она оставила своего крокодила, подруги не знали, да и знать не хотели. Эстель была самой молоденькой из всей компании. И подруги надеялись, что, хорошенько на нее нажав, они узнают много интересного о том, чем занимаются на третьем этаже водолечебницы «избранные».
Все четыре люкса находились на одном этаже. Но люкс, в котором остановилась Эстель со своим крокодилом, был расположен в другом крыле. И сейчас подруги поспешили туда, чтобы перехватить девушку до того, как она окажется в стенах своего номера. Маневр им удался, они перехватили Эстель у самого лифта. И вид у подруг был при этом далеко не мирный.
— Ой! — вздрогнула Эстель, когда дверцы открылись и она увидела двух девиц, хладнокровно, но с нехорошим блеском в глазах поджидающих свою добычу. — Привет! Вы меня напугали!
Ни слова не говоря, подруги подхватили ее с двух сторон и буквально поволокли в свой номер.
— Куда вы меня тащите? — пыталась отбиться от них Эстель. — Что вам от меня надо? В чем дело?
— Хотим, чтобы ты, милочка, наведалась к нам в гости, — сообщила ей Кира. — Причем одна!
И, впихнув в свой номер девушку, она пропустила вперед Лесю, вошла сама и захлопнула за собой дверь, отрезая Эстель всякий путь к бегству.
— Что вам нужно? — повторила свой вопрос ошарашенная всем произошедшим Эстель.
Свой пластиковый пакет, с которым она возвращалась с процедур, она уронила. И из него выпало пушистое полотенце персикового цвета. И косметичка.
— Что? Красоту не забываем наводить? — злобно спросила у нее Кира, поднимая и засовывая обратно в мешок выпавшие вещи. — А нам даже просто на процедуры сходить некогда!
— Но при чем тут я? — растерялась Эстель.
— А при том! При том, что ваша компания вот уже у нас где сидит! — показала Кира себе на горло. — Просто не продохнуть! Все тайны какие-то. Переглядываетесь! Шушукаетесь! Шмыгаете взад и вперед.
— То в друзья набиваетесь, то знать нас не хотите, — добавила Леся. — А теперь новая история — в вежливость играть надумали.
— К-какиё игры? — от удивления Эстель начала заикаться. — В чем дело? Мы ничего такого…
— Что вы там делаете на третьем этаже водолечебницы? — в лоб задала ей вопрос Леся. — Ведь из-за этого же весь сыр-бор. Что? Вы там тоже лечитесь?
— Да, — с вызовом кивнула головой Эстель, в глазах которой уже сверкали слезы. — Верней, мой муж лечится. А я ему помогаю!
— Помогаешь! — фыркнула Кира. — Ты что, врач?
— Не-е, — помотала головой Эстель, которая уже самозабвенно рыдала.
И когда успела? Только что нормально разговаривала, и вдруг слезы! Подруги с негодованием смотрели на эту мимозу. Они еще и допрос толком не начали, а эта особа уже рыдает. И почему? Что такого они ей сказали?
— Просто удивительно, как некоторые умеют заставить окружающих плясать под свою дудку! — в сердцах выпалила Кира, имея в виду слабонервную Эстель, слезы которой все-таки сделали свое дело.
Весь боевой запал у Киры куда-то пропал, улетучился. И, глядя на рыдающую в их кресле молоденькую девочку, ей стало просто жалко ее.
— Не реви! — попыталась утешить Эстель еще более добросердечная Леся.
Однако Эстель, похоже, приняла предыдущую реплику Киры на свой счет и утешаться не желала.
— А что мне оставалось делать? — прорыдала она. — Гена такой больной! И вовсе я не пляшу под его дудку. Я сама захотела принять участие в… в этом…
— В чем «в этом»? — быстро спросила у нее Кира. Но Эстель вовсе не была намерена так легко сдавать свои карты.
— Это не я! — мотала она головой. — Я не могу… Это надо спрашивать у Семена Голиафовича. Он все один решает.
— Семен Голиафович решает, кто пойдет на третий этаж водолечебницы, а кто нет? — спросила у нее Кира. — Так?
— Да, — кивнула Эстель. — То есть нет.
— Так да или нет? — снова начала закипать Кира, а Эстель, разумеется, тут же снова прибегла к своему испытанному средству — ударилась в слезы.
— Я не знаю! — рыдала она. — Что вы ко мне пристали? Я не могу ничего вам рассказать.
