— Как? — переспросил он и сделал небольшую паузу, вспоминая всё, что успел увидеть. С каждой секундой лицо у него становилось всё мрачнее. — Да всё нормально, кроме одного. Я увидел свои похороны. Точнее процедуру прощания с телом. Вереница коллег и друзей по очереди подходят к телу, одни руку пожмут, другие в лобик поцелуют. Жену увидел, убитую горем, дочку с сыном в слезах. Мне так хотелось подойти к ним, обнять, прижать к себе. Но я лишь бесплотным духом парил над этим. Всё как обычно, как я привык за сорок лет. В один момент мне показалось, что жена увидела меня. Она подняла заплаканные глаза вверх и смотрела точно на меня. Мне даже показалось, что на её лице появилось удивление, словно она и правда увидела. Потом вмешалась Мария. Она скомкала мой дух в комок и вырвала из нашего мира обратно, вселив в это тело. Вроде неплохое, кстати, спасибо тебе.
— Марии спасибо и Обухову, главному лекарю, — улыбнулся я, а сам тем временем представлял описанную Валерой картину. Уверен на все сто, что со мной получилось бы также, точнее даже хуже. — Он с телом помог.
— Бедный мужик, — сказал Валера, разглядывая себя в зеркале. — Вроде молодой и крепкий, а так угораздило.
— Согласен, — кивнул я. — Теперь ты за него будешь жить нормальной человеческой жизнью.
— Слушай, ну я прям чувствую ответственность теперь, надо не подвести, — сказал Валера, глядя в глаза своему отражению. — Сань, ты, по-моему, уже стоя спишь. Принеси мне учебник и чеши домой, залезай под одеяло.
— Да, пожалуй, — ответил я, потирая глаза.
Я сходил в свой кабинет, вспоминая по пути, как раньше разговаривал с Валерой, поднимаясь по лестнице. Больше этого никогда не повторится. Кроме бытовой магии я прихватил ещё пару книг более-менее подходящих, ночь-то длинная. Ага, забыл совсем, что теперь и он будет спать по ночам, как обычный нормальный человек.
Снова вспомнил, что мне не будет хватать прежнего Валеры, когда утром поднимался на второй этаж к себе в кабинет. Возле кабинета как обычно — две тени. Андрей и Василий. Я успел пожать им обоим руку, когда в кармане начал причитать телефон, срочно требуя моего внимания. Надпись на экране, отображающая фамилию звонившего, подсказала, что разговора прямо здесь и сейчас мне не избежать, Обухову в таком удовольствии я отказать не могу.
— Доброе утро, Степан Митрофанович, — бодро сказал я, даже бодрее, чем был на самом деле. Надеюсь, это поможет смягчить звонившего.
— Ещё какое доброе, Саш! — мэтр оказался примерно вдвое бодрее меня судя по голосу. — Вот что значит, когда вопрос находится под прямым контролем Императора! Эти бумажные черви чиновники практически моментально подписали сметы и выделили средства для начала строительства, ты представляешь?
— Пытаюсь, — ответил я и лицо невольно расплылось в улыбке.
— Даже не пытайся, ты не представляешь, как всё зашевелилось! Площадку окружили мачтами с мощными прожекторами и стройку собираются вести круглосуточно. Так что это будет ещё и ночной достопримечательностью Питера какое-то время. Ты, кстати, можешь сегодня туда заглянуть. Я перед работой решил мимо проехать, там кажется лунный кратер роют. И как они не боятся грунтовых вод, интересно?
— Существуют специальные артефакты, — сказал я, вспомнив некоторые особенности усадьбы Поджарского и его подземные мастерские в непосредственной близости от реки. — Скорее всего такие там и используют, я у Альберта Венедиктовича видел.
— А, вон оно что, — хмыкнул Обухов. — Ну тогда понятно. В общем я сказал, что хотел, иди работай, спасай людей.
Я ничего не успел ответить, он положил трубку.
— С утра покоя не дают? — спросил Андрей.
— Если бы всегда по утрам были новости такого характера, жизнь была бы гораздо милее, — ответил я.
— Ух ты! И что за новости?
— Строительство университета по плану должно было начаться в понедельник, а его уже начали, причём будут строить круглосуточно.
— Вот это да, — Андрей чуть рот не открыл от удивления. — Впервые слышу, чтобы такие вопросы так быстро решались. Чаще опоздание на месяц. Александр Петрович, вы позволите смерду Андрею немножечко погреться в лучах вашей славы? Ну или хотя бы за нимб подержаться? А ещё неплохо было бы белое перо на память из крыла.
— Так, Андрей, прекрати паясничать! — строго сказал я, стараясь не заржать. Боюсь, что у меня плохо получалось имитировать сердитый вид. — Пошли работать, нас ждут новые трудовые подвиги.
— Понял, не видать мне белого пера, — вздохнул Андрей. — Ну пошли, поработаем. Иди тогда вперёд, я из хвоста выдерну.
Перед тем, как уйти на приём, я позвонил тому литейщику, с которым подружился Валерий Палыч и поинтересовался литературой по его делу, он охотно озвучил мне список базовых книг. Этот список я положил на стол перед Прасковьей, изобразил воздушный поцелуй и вышел из кабинета. Всячески старался делать вид, что я нормальный счастливый человек.
Евдокия Савельевна уже ожидала меня в манипуляционной вместе со Светой.
— К бою готовы? — спросил я, потирая руки.
— Всегда готовы! — ответила за двоих Света.
