— Только что проснулся, извини, если разбудил, — сказал я, не отводя от неё взгляда.
— Ну не смотри на меня так, я не причёсана! — сказала она и накрылась с головой одеялом.
— И ничего страшного, — сказал я, тоже нырнув под одеяло и начал её страстно целовать, ни в чём себя не ограничивая. Она охотно отвечала взаимностью.
После завтрака мы решили пойти прогуляться, чтобы как следует оценить работу садовников. Это было великолепно. Жаль, что всё обойти не удалось из-за внезапно начавшегося дождя. Мы все бегом вернулись в дом, собрали вещи, расселись по машинам и поехали по домам в Питер. Мария поехала с нами, её миссия в усадьбе полностью завершена.
— Ну как вам? — спросила магичка, когда мы входили в дом.
В прихожей на одинаковых пьедесталах стояли два почти идентичных золотых орла.
— А что, хорошо смотрятся, — сказала Настя, подойдя поближе.
— Эпичненько, — добавил я. — Ты родовой оберег заберёшь, когда у тебя будет своё жильё?
— А ты думал здесь оставлю? — усмехнулась Мария. — Размечтался.
— Жаль, — вздохнул я. — Снова будет асимметрия. Надо будет придумать, как расположить орла над дверью.
— Предлагаю сегодня пообедать не в столовой и не в оранжерее, а в тайной комнате, — предложила Настя.
— Это в той самой детской комнатушке на чердаке? — уточнила Мария, а её глаза загорелись от предвкушения. — Я только за, там уютненько. А через несколько лет там появятся новые жильцы, так ведь?
Две следующих недели я летал, как домик Элли в урагане. В госпитале я появлялся только в обед, чтобы поболтать с коллегами и спросить, как у них идут дела без меня. Рябошапкин за моим столом смотрелся очень представительно, но каждый раз напоминал мне, что он тут ненадолго.
Встречать приехавших новых преподавателей я взялся лично. Рассказывал им про новый университет и чем он будет отличаться от всех старых, расселял по квартирам в доходном доме, Прасковья записывала в блокнот, кому чего не хватает.
— Кстати, — обратился я к Прасковье, когда мы в очередной раз спускались по лестнице. — В холле каждой парадной надо устроить небольшую библиотеку. Поручи Савелию, чтобы он составил список литературы по рекомендациям Панкратова.
— Будет сделано, Александр Петрович, — ответила девушка, делая в блокноте пометку. — А когда состоится торжественное открытие университета? Я видела, как вы вчера разговаривали с Шапошниковым.
— В конце следующей недели, — ответил я. — Строительство таможни заканчивается почти синхронно с нами, но нам дали приоритет, они будут открываться на неделю позже.
— Вот и правильно, — улыбнулась Прасковья. — Университет важнее. А вы уже были в своём кабинете?
— Да, заходил вчера, — кивнул я. — Малахитовый настольный набор, который мне подарила Настя, идеально вписывается.
— Как и колечко на вашем пальце, — сказала девушка, потом продемонстрировала колечко и на своём пальце.
— Как так? — спросил я, немного опешив. Увидев испуг на её лице, добавил: — Нет, ты не пойми меня неправильно, я очень рад за вас, но я думал, что вы на свадьбу позовёте.
— Вы уж простите, Александр Петрович, — засмущалась девушка, — но мы по-простому, без пышных церемоний и банкетов, чисто в семейном кругу.
— Пышные церемонии не решающий фактор, главное — чтобы вы любили друг друга и у вас всё было хорошо. Поздравляю! Совет да любовь!
— Спасибо большое, — заулыбалась Прасковья.
Наконец настал тот день, которого я так долго ждал. Сегодня торжественная церемония открытия университета. Для меня это было даже более волнительно, чем день свадьбы, ведь в этот день я волей неволей буду в центре внимания у всего города и не только. Если бы мама помогла мне вчера заснуть, я бы непременно сейчас чувствовал себя бодрее, жаль, что Настя так не умеет.
Скажете, прожил полвека и не научился контролировать свои эмоции? Говорить всегда легко, советовать тем более. Гораздо сложнее подчинить самого себя и сделать все правильно с первого раза, тихо и спокойно. На чужих ошибках учатся мудрецы, которые своих совершали немало в своё время. У любого в жизни бывает такая ситуация, что пока лбом в стену не упрёшься, не веришь в её существование.
— Готов? — спросила Настя, когда я уже одетый при параде вышел к завтраку.
— Вроде да, — пожал я плечами и улыбнулся, взяв её за руку. Видел, как она за меня переживает. — Всё будет хорошо, а по-другому и быть не может. Ты ведь пойдёшь со мной?
— Других вариантов я даже не подразумевала, — сказала Настя, положив вторую руку поверх моей. — Даже если не будешь меня видеть в какой-то момент, всегда помни, что я рядом.
— Спасибо! — сказал я и дотянулся, чтобы поцеловать её.
Серафима принесла омлет в горшочках и топлёное молоко, высказав своё мнение о вреде кофе, в чём я с ней абсолютно не согласен. Ладно, сейчас не буду затевать этот разговор, потом проведу воспитательную беседу, а топлёное молоко было очень вкусным.
— А почему Мария на завтрак не пришла? — спохватился я.
— Серафима сказала, что она уехала с час назад, — ответила Настя. — Сам понимаешь, что прислуге о причине отъезда она не отчитывалась.
