Я направился в свой кабинет, а Юдин замер перед холодильником. Разбередил я ему душу своими разговорами. Была с утра мысль сегодня позвать Настю познакомиться с моими родителями, но теперь предстоит вторая серия задушевных бесед с Юдиным. Это сейчас, пожалуй, важнее, а насчёт знакомства с родителями договоримся на завтра. Больше ничего планировать не буду.
Инструкции я уже по большей части проработал утром до восьми, после обеда оставалось уже немного. Когда разобрался со всеми, отдал их Прасковье и отправил в типографию. Теперь будем выдавать волшебную бумажку каждому пациенту, а не только лекарям и знахарям, все должны понимать, с чем имеют дело. Поэтому количество экземпляров заказал довольно солидное, хватит надолго. Когда наладим производство препаратов в лаборатории на третьем этаже, коробки с препаратами сразу будем укомплектовывать достаточным количеством инструкций.
До начала лекции оставалось ещё минут сорок, и рука снова потянулась за томиком стихов. Я настолько углубился в чтение, что не заметил, как перемахнул за середину книги и подошло время лекции. В лекционный зал я буквально вбежал без двух минут два в смешанных чувствах. В голове всё ещё звучали строки последнего стихотворения. Я сам себе их мысленно декламировал голосом Юдина. В моём представлении он стоял на сцене, размахивал руками и уливался слезами, люди, сидевшие в зале рядом со мной, выжимали мокрые от слёз платки.
Два десятка обучающихся лекарей с недоумением смотрели на меня и дружно молчали, даже никто не стал первым здороваться.
— Александр Петрович, у вас всё в порядке? — спросил молодой, подающий большие надежды лекарь.
— В полном, — кивнул я и улыбнулся. — Всем доброго дня, мы начинаем.
Я пробежался взглядом по залу, отметил полное присутствие и начал начитывать материал. Когда все уткнулись в свои тетради и зашуршали ручками, я провёл рукой по щеке. Теперь понятно, почему все так замерли. Ну Илюха, ну ты даёшь! Довёл друга до соплей на публике.
Не считая вступительного инцидента, дальше всё шло по плану. Хорошо, что конспект лекции я заготовил заранее, для концентрации мыслей на рабочий лад пришлось туда заглянуть, а дальше по накатанной.
В конце лекции как обычно последовали вопросы, уточнения, разбор того, что не совсем понятно. Когда всё закончилось, все, кто проходил мимо меня благодарили и склоняли голову. Похоже признали, что я не шарлатан, а учитель. Приятно.
Потом я сразу пошёл искать Юдина, чтобы не упустить момент и в случае необходимости ткнуть его стимулом в одно место, которое любит прилипать к дивану и запрещать своему хозяину совершать резкие движения.
Илья ещё не закончил приём. Стоять у него под дверью то ещё удовольствие, к тому же рядом сидели ещё двое. Значит успею. Я вернулся в кабинет, оделся, забрал портфель и трость, потом пошёл в комнату отдыха. Он точно сюда зайдёт, здесь в шкафу висит его пальто. А пока ждал, продолжал читать стихи.
Когда дверь распахнулась, я от неожиданности вздрогнул и закрыл книгу, бросив взгляд в сторону двери. Вошёл Виктор Сергеевич. Увидел у меня в руках томик Юдина и улыбнулся.
— Нравится? — спросил он с теплом в голосе, по которому можно было догадаться, что он тоже читал и высоко оценил.
— Да, — коротко ответил я и улыбнулся. — Не ожидал, что он так может.
— А сколько ему раньше от тебя доставалось, бедный мальчик, — произнёс дядя Витя и покачал головой.
— Виноват был, знаю, — вздохнул я. — Но я исправляюсь.
— Это хорошо, — кивнул дядя Витя. — Парню нужна поддержка, а твоя особенно. Ведь не считая семьи ты самый близкий для него человек.
— Не переживайте, дядь Вить, я Илью в беде не оставлю. Много глупостей было сделано, но теперь я другой человек и всё теперь будет по-другому.
— Я знаю, Саш, — произнёс старик и по-отечески улыбнулся. — Я знаю. Потому моя душа и спокойна теперь, знаю, что ты не подведёшь. А насчёт регулярных консилиумов хорошая идея, давно пора было.
— Пока ещё не поздно начать, — улыбнулся я. — Странно, что раньше никому такая идея в голову не пришла.
В этот момент дверь в комнату отдыха снова распахнулась и влетел раскрасневшийся Илья.
— Ну что, едем? — сразу обратился он ко мне. — Ты же меня ждёшь?
— Догадливый, — хмыкнул я. — Оденься сначала. Кофе будешь?
— Потом, — сказал Илья, в спешке натягивая пальто и шаря рукой по верхней полке в поисках шляпы. — Всё потом. А сейчас едем.
— Как скажешь, — я сунул сборник стихов в портфель и поднялся с дивана. Юдин передвигался с такой скоростью, что я за ним еле поспевал. Почти бегом мы добрались до машины, я завёл двигатель и слушал нервные вздохи Ильи, пока грелся двигатель. В итоге я решил не ждать прогрева и стартанул в сторону дома родителей друга, который пока что являлся и его домом.
А я ведь тоже получается живу вместе с родителями, но меня в отличие от Ильи никто не узурпирует и не учит жить. Вон и против Насти же изначально были, а теперь просят привести познакомиться. Пожалуй, у меня просто не было повода искать куда от них свинтить.
