Повесть о человеке, который всю жизнь жил так как надо: никого никогда не подставлял, был добрым, заботливым и надежным. Но в итоге остался один. Хорошо ли это? Давайте сомневаться вместе.
Уважай других, но и не забывай о себе.
Пролог
Витя проснулся и посмотрел на часы – еще очень рано, только 6 часов. По привычке, он всё также вскакивал рано утром несмотря на то, что во всем мире буйствовала пандемия коронавируса, и все сидели по домам. Разумеется, все его уже давно звали не Витя, а Виктор Петрович, но для мамы и немногочисленных друзей он как был Витей так и остался. За плечами 40 лет стажа, скоро пенсия, а сейчас чем заняться на карантине? Ну разве что Мухтара вывести на улицу.
В соседней комнате еще спала его старенькая мама Вера Филипповна. Это ж сколько десятилетий они с мамой живут вдвоем? Ой, уже не одно. Да собственно, им вдвоем хорошо и не нужен им никто. А вот Мухтарчик им совсем не мешает – наоборот, есть за кем ухаживать и для кого жить. Где-то в Германии живет его дочка Катя, которой уже должно быть под 30. Может, Витя уже дедом стал, но разве Катька в этом признается… Давно они уже не на связи, ох, давно. Катькина мама, Маринка, наверняка ее настроила против него. Да ну ее, эту Маринку! И вообще она его не достойна: недаром Вера Филипповна в свое время с треском выгнала ее из их семьи. И больше они почти не виделись. Маринка потом увезла Катю в Германию – ну и скатертью дорога им обеим.
Чем заняться на карантине? Напялить маску и сходить на рынок, помочь маме по хозяйству и отвезти ее на машине в больницу если понадобиться. Иногда посмотреть телек, что в мире делается. Или поболтать со старыми дружками по мессенджеру. Впрочем, многие его дружки уже безвременно ушли – эх, жизнь-жестянка. Ну ладно, все равно жизнь продолжается, даже если тебе уже 60.
Он открыл свой имейл и вдруг увидел новое письмо от неведомой Катрин Шмайхель… Кто же это? Он прочел заголовок: "Здравствуй, папа". Бог ты мой, неужели это Катя? Она что, замуж вышла и сменила фамилию? Что она хотела сказать?
Глава 1. Веди себя прилично.
Вера Филипповна и Петр Григорьевич поженились вскоре после вуза. Жили они у свекрови Дарьи Павловны, которая приняла невестку тепло и ласково. Поскольку в те годы декретный отпуск длился только 3 месяца, свекровь великодушно отпустила невестку на работу, а сама взязась присматривать за малышом. Такой бабушке, как считала юная Вера, можно было доверить ребенка – она же в прошлом была заведующей детским садом, а в 55 лет вышла на пенсию.
Пока родители работали, любящая баба Даша баловала внука как могла: готовила ему вкуснейшие блюда и приговаривала: ложечку за папу, ложечку за маму и прочих родственников. Хорошо, что родни у них было мало, иначе бедному Вите пришлось бы есть через силу чтобы не огорчать бабушку. Худенький мальчуган не отличался хорошим аппетитом, и бабушка шла на хитрость: просила его съесть несколько ложек за немногочисленную родню – и хватит.
В садике на него не могли нарадоваться: какой хороший и послушный мальчик – чувствуется, что это внук Дарьи Павловны, которая, мол, не давала спуску своим подчиненным. Строгая воспитательница Людмила Сергеевна порой говорила: "Почему вы плохо себя ведете? Играть в уголке теперь никто не будет кроме Вити – он тихо сидит." Когда в садик пришла новенькая девочка Галя, Людмила Сергеевна ей сказала: "Садись, Галочка, возле Вити: он хороший мальчик, он не дерётся". Была в группе задиристая девчонка Маша, от которой никому не было покоя, и Людмила Сергеевна делилась с няней Валентиной Ивановной: "Лучше иметь двадцать вот таких (и указала на Витю) чем одну такую (и указала на Машу)."
Хотя, бывало, что Витя нарушал дисциплину за компанию: был в группе один заводила Вовка Козаков, который однажды на прогулке повёл своих друзей в парк через дырку в заборе. Обычно Витя не участвовал в таких рискованных мероприятиях, а в тот день взял да и пошел с Вовкой и еще с двумя ребятами в парк. К счастью, никто не потерялся – прохожие всех беглецов вернули в садик. В тот день на смене была молодая воспитательница Лидия Николаевна, и ей, конечно, влетело от начальства. Разумеется, влетело и Вовке как главному зачинщику. Да и Вите тоже досталось на орехи. Дома Петр Григорьевич сделал сыну внушение и пригрозил, что в следующий раз он ремня получит.
Вообще отец ему спуску не давал. Бывало, Витя упадет и захнычет. Мама и бабушка тотчас же неслись его утешать, а папа ему выговаривал: "Ну чего разнылся – ты же мужик! Держи себя в руках и прекрати распускать нюни".
Иногда Витя приносил домой плохие слова, которые слышал в садике или во дворе. Разумеется, спрашивал родителей, что сие означает. И тотчас же строгий папа ему отвечал: "Это нехорошее слово, ты его не повторяй". Мама тоже вторила папе: "Веди себя прилично!" А бабушка, которая хоть и вышла на пенсию, тоже никогда не забывала напомнить любимому внуку чтобы он не позорил её доброе имя – всё-таки в садике ее еще помнили как заведующую.
