– Я смогу постоять за себя! – выкрикнула я в ответ и уверенно шагнула вперед, бросив на стол кинжал, орудовать которым меня научили еще в детстве. Я с яростью посмотрела в вечно холодные глаза отца.
– Ярослава, это не позволительное поведение для дочери главенствующего! – выкрикнул один из старейшин.
Авдей всегда возмущался, когда я что-то делала по-своему, а не по правилам. Он упорно считал, что я должна была сидеть дома и заниматься женской ерундой, а сражаться на мечах – удел парней. И никакие мои доводы на старейшину не действовали. Одна надежда была на то, что в скором времени у меня проявятся свои силы и эта чрезмерная опека закончится.
Я не вандери, моя душа не странствует, но благодаря силовой совместимости моих родителей, могу получить власть над стихиями или творить прочие чудеса. Возраст у меня был уже подходящий для этого, но силы еще не проявились. Отец говорит, что этим я в маму. Зато от отца я переняла целеустремленность. А еще я внешне была на него похожа: темно-русые волосы, ярко выраженные скулы и тонкий прямой нос. А главное, у меня были его глаза, за которые он, верно, и прощал мне мои сумасбродные выходки.
Вот и на этот раз распылялся лишь старейшина.
– Александр, ты не должен закрывать глаза на такие выходки. Ярослава совсем от рук отбилась, – занудствовал седовласый старик, тряся морщинистыми руками. – Что люди скажут? Как ты дальше будешь управлять общиной, если не можешь повлиять даже на родную дочь?
– Ярослава, иди к себе в комнату, – спокойно произнес отец, устало потерев лоб.
– И чтобы неделю оттуда не выходила! – добавил старейшина и хлопнул ладонью по столу.
Я со злостью схватила свой кинжал со стола и бросилась прочь. Я все равно докажу всем, что могу больше, чем простая девчонка. Да даже больше, чем некоторые парни! И однажды они все признают меня достойной, чего бы мне это не стоило.
Я сидела в своей комнате и со злостью колотила подушку, в то время как все мои друзья тренировались на площадке под окном. Это было слишком мучительно для меня. Я не могла долго сидеть в четырех стенах. Нужно было срочно что-то придумать. Я решила поговорить с мамой, чтобы она уговорила отца смягчить мое наказание. Когда она заглянула ко мне, чтобы пожелать спокойной ночи, я не отпустила ее без разговора.
– Я с ума сойду сидеть здесь целую неделю, – пожаловалась я маме. – Поговори с папой, а?
– Отец тебя наказал? – удивилась она и присела ко мне на кровать.
– Это дед Авдей. А папа с ним согласился, – с обидой произнесла я.
Мама взяла меня за руку.
– Я поговорю с отцом. Уверена, что ему не все равно на тебя, дорогая. Просто он не показывает этого, – спокойным голосом ответила она. – И Авдей тоже по-своему заботится о тебе. Ведь ты снова подвергла себя опасности.
Я лишь что-то пробурчала маме в ответ.
Я знала, что на вандери раньше велась охота. Им приходилось выживать, прячась на территории общины. Но эти времена прошли. Покидать общину уже давно было безопасно, разве что бояться стоило только редких разбойников из соседних окрестностей. Но, обладая силами вандери или оружием, можно было справиться и с ними. Поэтому я искренне не понимала, почему меня так щепетильно оберегали, отгораживая от внешнего мира? И почему дорога в Медгер для меня была безоговорочно закрыта?
Неделя моего заточения тянулась бы бесконечно долго. Благо, маме удалось договориться со старейшиной и уменьшить срок моего наказания. Но и эти три дня я не находила себе места, слоняясь по дому без дела. Хотелось биться головой о стену. Но когда я узнала, что вандери взяли с собой в Медгер Богдана, моей радости не было предела. Теперь он мог рассказать нам, что это за территория такая, а главное – знал туда прямой и легкий путь! Благо, на этот раз он его запомнил лучше.
Я с нетерпением ждала возвращения вандери из похода. С минуты на минуту они должны были прибыть в общину. Я выскочила из дома, залезла на смотровую башню, потеснив караульного, и стала всматриваться вдаль. Когда на горизонте показались свои, я помчалась к воротам. Нового вандери они не привели, но меня интересовало сейчас отнюдь не это. Перехватив Богдана по пути в дом, я потащила его в наше укромное местечко, которое находилось за маминой лечебницей. В сколоченное из досок сооружение мы натаскали старой мебели и покрывал. Это укрытие мы построили с Владиславом еще в детстве, но до сих пор любили проводить там время.
– Рассказывай! – потребовала я у Богдана, затолкав его внутрь нашего убежища и усадив на лавку.
– Дорога в Медгер неблизкая. Сначала мы дошли до хижины в лесу. Потом почти полдня плелись до окраин в северную сторону.
– Давай, ближе к делу. В Медгере что? – оборвала я парня. Мне не терпелось узнать самое главное.
– Ты будешь в восторге, – не торопясь, начал Богдан.
Я в предвкушении заерзала на лавке. В ближайшие деревни мы ходили часто. Жизнь там немногим отличалась от нашей, но в Медгере… Там должно было быть все по-другому.
