Пенелопа спешно развернулась и потянула на себя дверь.
— Стой! — остановил ее Гелиот. — Останься!
Пенелопа отпустила ручку двери и будто под гипнозом направилась к нему, вглубь комнаты.
— Расскажи мне о Кронах или сначала о себе, — мягко попросил юноша, жестом приглашая ее присесть. Девушка была очень красива: длинные светлые волосы, голубые глаза. Или он просто давно не обращал внимание на женщин. Эльза обозвала бы ее воблой.
Пенелопа послушно опустилась в кресло рядом с ним. Она долго рассматривала юношу встревоженным взглядом, что не ускользнуло от его внимания.
— Ты меня опасаешься и все равно пришла, а теперь осталась?
Пенелопа рассмеялась звонко и заразительно.
— Меня на самом деле сложно напугать, так что не льсти себе, — напомнила она сама себе, что всегда считала себя смелой женщиной.
Гелиот усмехнулся в ответ, а девушка приступила к рассказу. Она неторопливо повествовала о своем прошлом. О том, как узнала, что она Крон и как сложен был выбор. Ведь к тому времени у нее уже была дочь и муж. Ее выдали замуж, как и полагается девушке ее положения в шестнадцать лет, так что к двадцати она превратилась настоящую женщину, управляющуюся с домом, ребенком и точно знающей свое место в жизни — а тут вдруг маг стихии Огня.
— Валага не позволил мне долго рассуждать и метаться. Он поставил вопрос ребром, но сначала провел обряд Посвящения, научил пользоваться силой. Я окрыленная своим могуществом не смогла совладать со страстями. Об этом выборе я буду жалеть всегда. Моей дочери уже сорок три, а я выгляжу моложе нее. У Кристы свои дети, мои внуки. Я иногда украдкой прихожу на них посмотреть, но не показываюсь, ведь я для них умерла сорок лет назад, а ведь меня тогда на самом деле не стало.
— Он всех лишает семьи? — зло спросил Гелиот.
Пенелопа взглянула на Гелиота проникновенным взглядом. Ему даже на минуту показалось, что она знает. Она откуда-то знает о том, что Валага сделал с его семьей, с ним, и как он низко пал.
— Он в чем-то прав, — после паузы продолжила девушка. — Раз уж выбрал стезю Крона, будь верен ей, а все, что тянет назад, надо отсечь!
— Теперь это так называется, — горечь комом стала в горле. — Отсечь.
Взгляд Гелиота на минуту наполнился такой болью, что Пенелопа не выдержала и схватила его за руку.
— Время вылечит, я знаю, — заглядывая ему в глаза, произнесла девушка. — Скоро станет легче.
— Ты не понимаешь, о чем говоришь! — прохрипел он в ответ, медленно справляясь со своими эмоциями. Нет она не знает, понимал он, знала бы — презирала бы его.
Рука Пенелопы все еще крепко держала его. Юноша внимательно всмотрелся в ее лицо, красивое, гордое, с крупными чертами. Да, подметил он, она красотка, а не вобла. Он задержал взгляд на голубых сверкающих глазах и невольно потянулся вперед к ней, к ее губам. Его влекло, затягивало в омут. Ее запах. Пенелопа резко подалась вперед охваченная тем же чувством. Их губы нашли друг друга.
— Как долго я… — попыталась прошептать она, но слова тонули в поцелуях и Гелиот их плохо расслышал. Он резко стянул ее с кресла на пол, подминая под себя.
Изнурительные тренировки продолжались каждый день с раннего утра и до позднего вечера. Гелиоту приходилось много читать, учить новые языки, а не только забытый всем миром язык Кронов. Собранные со всего света члены братства, которому было чуждо слово раса, часто записывали свои заметки на родных им языках: испанском, японском, латышском. Оттого изучение их рукописей становилось делом кропотливым и непростым, многое приходилось откладывать на потом.
Понимание силы постепенно зарождалось в его голове. Иногда Гелиоту казалось, что ветряные потоки разрывают его на части, пытаясь вырваться из оболочки закостенелого сознания, неспособного к пониманию простых истин.
— Гелиот, — позвал Валага.
Юноша склонился над внушительного размера книгой, сидя прямо на полу в Сером зале. Гелиот не спеша оторвал взгляд от страниц и поднял его на Правителя.
— Что? — грубо бросил он.
Тон Гелиота ни чуть не смутил мужчину. Он просто к нему уже привык.
— Практика, — громко заявил Валага. Парень на полу в ответ лишь закатил глаза. — Да прямо сейчас! — заметив это, утвердительно сказал Правитель.
Гелиот закрыл книгу, бережно заломив край страницы, чтобы не потерять место, где остановился, и встал на ноги.
— И что делать? — протянул он.
— Разнеси все здесь! — радостно провозгласил Валага.
Гелиот смерил его взглядом и рассмеялся.
— Это шутка? — с задором спросил он, хотя идея ему очень понравилась.
— Нет, — уверенно отозвался Правитель. — Ты уже давно должен научиться хотя бы легкий ветер поднимать, но нет! Попробуем новый подход. Сила разрушения — другая сторона тебя, призови ее. Может все-таки стоит помнить о том кто ты и чей сын.
Небрежное напоминание Валаги о семье вывело Гелиота из себя.
— Сейчас я тебе напомню, чей я сын! — зло прошипел он в ответ.
