– Я могу обеспечить раскаты грома, – предложила Зоя. – А откуда ты столько знаешь о том, как попасть на эту базу?
Николай усмехнулся.
– Потому, что сам подумывал украсть титаний.
– Правда? А какое применение ты нашел бы такому количеству титания?
Взгляд Каза обдавал холодом.
– Если он кому-то понадобится, я могу его продать. Вот так просто.
– Один вопрос, – сказал Уайлен. – Для чего вы используете этот титаний?
– А какое это имеет значение?
– Потому что, в отличие от Каза, у меня есть совесть.
– И у меня есть совесть, – возмутился Каз. – Она просто знает, когда лучше держать рот на замке.
Джеспер фыркнул.
– Если у тебя и есть совесть, то она сидит в каком-нибудь темном уголке, связанная, с кляпом.
– Там очень много металла, – заметил Уайлен, не желая менять тему. – Вы собираетесь использовать его для производства оружия, да?
Зоя ждала. Только Николай мог решить, что стоит рассказать этой банде юных монстров.
К ее удивлению, он сунул руку в карман камзола и швырнул на стол связку бумаг. Чертежи Давидовой ракеты.
Уайлен развязал их и принялся пробегать глазами страницу за страницей.
– Это ракеты. Вам нужен титаний, чтобы увеличить их дальность.
– Да.
– И вы хотите сделать их больше.
Теперь и Николай выглядел удивленным.
– Да. Возможно.
– Это для Равки. Из-за бомбового удара по Ос Альте. Ты устроил блокаду Фьерды ради них, а теперь помогаешь им создать оружие.
– Тот удар был проверкой. Он задумывался как провокация. Если Равка не ответит, Фьерда поймет, что им просто нечем. Они вторгнутся в Равку и останутся там, пока каждый равкианец не попадет под фьерданское иго, а все гриши не будут брошены в тюрьму.
– Или что похуже, – вставила Зоя.
Джеспер подошел к комоду и вытащил кобуру из шкафчика. Потом сунул в нее оба своих револьвера с перламутровыми рукоятками.
– Когда мы выступаем?
Но Уайлен не выглядел таким же уверенным.
– Этот титаний может помочь остановить войну, – сказал Николай.
Уайлен провел пальцем по чертежу.
– И вы в самом деле можете заряжать и направлять эти штуки?
– Можем. Вероятно. Будем надеяться.
– У меня есть пара идей, – сказал Уайлен. – Проблема ведь в соплах, так?
– В соплах? – переспросил Джеспер.
– Да, – ответил Николай. – Для запуска и управления ракетой.
– Какое странное слово, – сказал Джеспер.
– Это точное слово, – возразил Уайлен. – И лишь чуть-чуть странное. Можно?
Николай кивнул, и Уайлен принялся что-то прикидывать прямо на чертеже.
Внезапно Зоя ощутила острый укол в сердце. Слишком просто было вообразить в этой комнате Давида, склонившегося над лежащими на столе планами, представить, как рад он был бы встретить человека, говорящего с ним на одном языке. Судя по выражению лица Николая, его посетила та же мысль. Осознание, кого они потеряли, связало их, как струна, впилось крюками в их сердца. Может, не стоило ей просить о переводе в Ос Керво. Она хотела вместе с ним строить то будущее, о котором они так мечтали. Она хотела строить с ним мир. Пусть даже он женился бы, она все равно могла остаться во дворце, служить рядом с ним. Это был правильный выбор, достойный – вот только при этой мысли хотелось вытащить из буфета бутылку виски и утопить в нем все подобные идеи.
Совсем не помогал и тот факт, что Николая ничуть не огорчила перспектива потерять ее. «
– Лучше будет начать, – резко сказала она. – Нам многое предстоит обсудить.
Потребовалось несколько часов, чтобы решить, что они намерены делать, подготовить нужное снаряжение и отправить сообщение на
– Я считаю ужасно несправедливым, что мне не удастся прокатиться на дирижабле, – заявил Джеспер, когда Каз вытолкнул их из столовой.
Николай подмигнул.
– Король Равки будет признателен тебе за помощь, а у него куча дирижаблей. Ворота Ос Альты всегда для тебя открыты.