Право крови полностью

В свое время отец Ахилия тоже промышлял охотой, и славы его не удалось затмить никому, кроме родного сына. Однако Ульдиссиан полагал, что дело тут вовсе не только в чутье. Нет, вслух он ничего не сказал, но заподозрил, что у Ахилия имеется дар, такой же, как у него самого, только сознательно обращенный в исключительное охотничье мастерство… и, если вдуматься, семья лучника вполне могла обладать этим даром уже не первое поколение.

Все это значило, что корни растущей в них силы уходят куда глубже, чем он полагал. Возможно, Ульдиссиан даже узнал об этаком даре не первым – попросту первым понял, насколько он изумителен.

– Что это была за тварь? – спросил Ахилий. – Ты ее разглядел?

– Думаю, одна из зверушек верховного жреца, – ответил Ульдиссиан, решив пока Ахилия больше не расспрашивать. – Кажется, – поразмыслив добавил он, – она приняла человеческий облик… а еще я вроде бы латы на ней почувствовал.

– Ну, моя стрела уж точно попала не в латы, это я по звуку могу сказать. И вонзилась она не в латы, и урона куда больше должна была нанести…

Но это Ульдиссиана уже не заботило: ему пришло в голову кое-что поважнее. Нападение в самом сердце Парты подтолкнуло его к некоему решению.

– Ахилий, я должен просить тебя об одной услуге. Обещай, что сделаешь.

– Ну нет, дружище, пока не услышу, в чем дело, обещать ничего не стану! Кто-кто, а ты должен меня знать!

– Тогда слушай внимательно и подумай, хорошенько подумай. Кроме тебя, Ахилий, я этого дела доверить не могу никому. По-моему, остальные здесь лишь понапрасну рискуют собой. Ты должен увести их от меня как можно дальше. Ну, сделаешь?

– Полагаю, под этими «остальными» ты прежде всего Лилию имеешь в виду?

– Всех вас… но – да, само собой, надеюсь, ты и ее без помощи не оставишь.

Ахилий огляделся по сторонам, нет ли кого поблизости, но улицы были пусты.

– Я понимаю, отчего ты хочешь отослать Лилию, Серри и Мендельна отсюда подальше… и, сам знаешь, больше всего хочу Серри от опасности уберечь.

– Ахилий…

Охотник махнул рукой, оборвав его на полуслове.

– В ее глазах мне никогда не сравниться с тобой, но я как-нибудь переживу. Выходит, мы оба согласны, что здесь им оставаться нельзя… и обо мне ты, ясное дело, тоже заботишься, – с усмешкой добавил он, – вот только я знаю: никто из них уйти не согласится. Даже твой брат, Ульдиссиан. Никто из них ни меня, ни тебя не послушает.

– Но оставаться вам всем опасно! Доказательства ты только что своими глазами видел!

– Ну да, ну да, а рассказать им об этом – только еще сильней заупрямятся… и тут я их ни в чем упрекнуть не смогу! Нет, старый друг мой, ни от них, ни от меня тебе не избавиться. Никак не избавиться…

Положим, один способ избавиться от спутников Ульдиссиан видел… да только такой, что хуже и не придумаешь. Продолжать спор не имело смысла, однако попробовать стоило, и Ульдиссиан открыл было рот… но цокот копыт заставил его умолкнуть. Друзья насторожились, Ахилий вытащил из-за спины лук.

Но нет, всадник, выехавший на свет из темноты переулка, оказался не кем иным, как мастером Итоном. Увидев обоих, купец осадил коня прямо перед ними.

– Ульдиссиан? Лучник? С чего это вы здесь стоите и смотрите с этаким недоверием?

– Нервы шалят, мастер Итон! – осклабившись, отвечал Ахилий. – Нервы шалят, только и всего!

Сын Диомеда поспешил согласно кивнуть.

– Мне просто на свежий воздух выйти потребовалось.

– И я этим вовсе не удивлен! – Сойдя с коня, старик придержал поводья, а свободной рукой хлопнул Ульдиссиана по плечу. – Ты столькое сделал, Ульдиссиан уль-Диомед, столькое сделал… А если, – чуть поразмыслив, добавил он, – я могу помочь тебе чем-либо сверх того, чем уже помогаю, прошу: не стесняйся ко мне обратиться.

Ульдиссиан был не на шутку смущен. По счастью, Итон вдруг повернулся к Ахилию.

– Лучник, а говорил ли я, какой у тебя замечательный лук? С тех пор, как впервые увидел, глаз с него не свожу.

– Отцовский лук, мастер Итон! Отец сохранил его точно таким, как в тот самый день, когда он был вырезан, и я за ним тоже ухаживаю, стараюсь изо всех сил! Все мастерство охотника наполовину зависит от лука…

– Думаешь, наполовину, не меньше? А позволь посмотреть? – попросил купец, протянув к луку руку.

– Сделай одолжение.

С этим Ахилий подал гостеприимному хозяину лук. Итон огладил превосходной работы оружие, окинул его опытным взглядом, и Ульдиссиан, сам восхищавшийся луком Ахилия и даже выстреливший из него с полдюжины раз за долгие годы дружбы, словно увидел его впервые. Немного на свете отыскалось бы мастеров искуснее отца Ахилия, Тремаса…

Вот только не был ли непревзойденный талант Тремаса к работе с деревом еще одним проявлением того же самого дара?

Внимательно оглядев лук со всех сторон, мастер Итон, наконец, вернул его владельцу.

– Да уж, роскошная вещь. Жду не дождусь, когда вновь увижу его в деле!