– Вот он я, Милостью Божией ставший от сего дня королем Эдуардом Четвертым – монархом Англии, Уэльса и Франции, лордом Ирландии, – продолжал Йорк. – В присутствии Святой Церкви, во имя Иисуса Христа. Аминь.
Последние его слова умножились тысячегласым эхом. Люди крестились, и никто не поднимался с колен, несмотря на льдистый, до костей пробирающий ветер. Эдуард сверху властно озирал толпу.
– Как ваш сюзерен, я взываю к вам. Всех призываю на свою сторону, знатных и простых. Несите с собою мечи и топоры, кинжалы и копья, луки и палицы. Я, Эдуард Плантагенет, король Англии, шлю вам слово, взываю к вам. Ступайте за мной!
Эдуард поднял половинку круглой серебряной печати, взвешивая ее на ладони. Приставший к ней кусочек красного воска он бдительно отковырнул ногтем и щелканул куда-то вбок. Вокруг располагался десяток длинных столов, устланных развернутыми пергаментами Строевых Предписаний, вчиняющими воинскую повинность рыцарям и лордам. Эти свитки, скрепленные печатью, будут разосланы по тридцати двум графствам и двунадесяти городам, требуя от лучших ратных людей страны явиться и встать под знамена нового короля.
Вид деловито суетящихся носчиков Большой королевской печати вызывал у Эдуарда невольную улыбку. От жаровен шел такой жар, что все четверо лоснились потом. Один помешивал в особом чане кроваво-красный воск, а двое других в это время колдовали над кувшинами, обставленными горшочками с горячей водой. Когда воск был доведен до жидкой консистенции, носчики обхватили тряпицами ручки кувшинов и склонились в готовности.
– Давайте, – дал отмашку Эдуард.
– Осмелюсь сказать: Ваше Высо… Ваше Величество может и не утруждать себя… Мы сами, э-э… – забормотал один из носчиков.
– Ничего, утружу. Мой первый оттиск Королевской печати я произведу своею собственной рукой.
Держатель воска покорно вздохнул и вместе со своим помощником приблизился к составленным в круг столам. Йорк поднял печать, и оба проворно взялись за дело. Один налил четко отмеренное количество воска в серебряную формочку, а второй в это время поместил золотистую ленту и нанес кружочек воска на пергамент, подготовив таким образом поверхность. Эта работа требовала филигранных рук и глазомера, и Эдуард зачарованно смотрел, как носчики печати священнодействуют над субстанцией, довлеющей над всей их жизнью.
Вот один из них убрал серебряные половинки, открыв взгляду четкий оттиск нового монарха на троне и с королевским скипетром. Печать позавчера отлил серебряных дел мастер Тауэрского монетного двора. Эдуард тайно любовался тем, как держатель воска очищает ее и окунает в ведерко с ледяной водой, что способствовало четкости оттиска.
– А ну-ка, еще одну! – увлеченно сказал король, оглядывая перед собой простор стола.
– А я, с позволения Его Величества, заберу готовый экземпляр, – послышался за спиной голос Уорика.
Эдуард с улыбкой обернулся и жестом велел держателю воска отдать заверенный печатью свиток.
– Странно видеть свое лицо на воске, – признался Йорк. – До сих пор как-то даже не верится. Мы продвинулись так быстро…
– И это движение продолжается, – сказал Ричард. – Там, внизу, дожидаются восемь десятков всадников, готовых доставить твое повеление в самые дальние концы. Собирает рыцарей и Норфолк, возглашая хозяевами трона нового короля и дом Йорков.
Эдуард кивнул, двигаясь вдоль стола вместе с носчиками печати и опять ударяя серебряной печатью, состоящей из двух половинок. Глядя на свой оттиск в воске, он снова медленно, как завороженный, покачал головой:
– Красота… Ну ладно, джентльмены, этого пока достаточно. Можете продолжать без меня, чтобы все пергаменты были с печатями. А милорд Уорик их потом унесет.
Четверо носчиков согнулись в почтительном поклоне, прижимая к себе свои кувшины и серебряные отливки. Чтобы выйти из круга столов, Эдуард толкнул один из них, сдвинув массивную дубовую столешницу одной рукой.
– Позапрошлой ночью, – сказал он, – я был провозглашен королем. В результате впечатление такое, будто у всех появилась куча дел, и один лишь я сижу здесь и играюсь с воском. Ты посмеешь это отрицать?
Уорик издал смешок, но осекся, заметив в глазах Йорка опасный огонек. В стороне от факелов и столов новый король как будто прибыл в росте.
– Как монарху, тебе следует озаботиться запасами гвоздей, топоров и солонины, – серьезно сказал Ричард. – А то люди прибывают, а нам нужны оружие, провиант, строительные инструменты – море всяческой оснасти для того, чтобы вывести их в поле. От твоего имени я сегодня взял в долг четыре тысячи фунтов, и еще кое-что на подходе от Святых Домов.
Эдуард, тихо присвистнув, повел головой из стороны в сторону.
– А хватит ли этого? Мне, понятное дело, нужны хорошие меткие лучники, но и об ополчении тоже подумать надо. Тем, кто не умеет пользоваться луками, понадобятся хорошие протазаны, щиты, кольчуги, тесаки…
– У нас есть Королевский монетный двор, – напомнил Уорик. – Я размышлял над тем, чтобы взять нужное нам в долг. Ну а если настанет срок, а возвращать будет нечем, то можно, в крайнем случае, перевернуть скамьи[20].
