Простояв пару секунд в оцепенении, Маргарет с тихим завыванием подошла к нему, взяла его за холодные руки и вздрогнула от вида его изможденности. Было видно, что при ходьбе он припадает на одну ногу, а другая у него едва сгибается. На коже у королевы подтаивал случайно упавший комочек снега, и она крупно вздрогнула.
– Но как… как такое
Глаза у Сомерсета были как подбитые, с темными обводами, а на лбу все еще виднелись красные натертые полоски от шлема.
– Где же новое место сбора армии? – приходя в себя, осведомилась правительница. – Здесь, у этого города? Вы потому и вернулись в это место?
Плечи Сомерсета поникли, и ответил он не сразу и не без труда:
– Там… многие погибли, Маргарет. – Ему очень не хотелось ее ранить, но чувствовалось, что время не на его стороне, и он быстро заговорил, спеша закончить: – В живых никого не осталось. Армия сломлена, разбита. Это конец. Завтра с солнцем они явятся сюда. Где-то к полудню король Эдуард, по всей видимости, въедет на своем коне в город через Миклгейт-Бар.
–
Сомерсет тряхнул головой.
– Сейчас это голая правда, миледи. Мы видели его на поле боя. Я вынужден отдать ему должное, хотя видит Бог, меня от этого коробит.
Лицо Маргарет ожесточилось. Мужчины все-таки слишком склонны к выспренним жестам – грезят мифами о героях, о всяких там круглых столах… Ну а когда для их стаи находится вожак, головы им кружит, как девицам.
Королева протянула руку и приложила ее к щеке Бофорта, вновь содрогнувшись от глубокого холода в этом молодом человеке.
– В таком случае вы, получается, пришли меня убить?
Молодой герцог покачнулся, но в глаза его вернулась искра жизни. Поднятая рука обхватила ей запястье.
– Что-о?! Да как вы могли подумать такое! Я пришел забрать вас из этого места, а с вами – вашего мужа и сына. Я уберегу вас от любой развязки, какую бы ни замыслил Йорк. Но клянусь честью, вам сейчас следует подумать о безопасном месте, если таковое еще где-то есть.
Маргарет замерла, быстро и беспомощно ища в уме выход. Брали свое страх и гнев. Еще накануне за нее стояла огромная армия – такая, что своим числом посрамила бы рать при Азенкуре, Гастингсе или где там еще воевали англичане. Однако ее армия разгромлена и пала, а она потерпела неудачу…
– Миледи? Маргарет? – подал голос Сомерсет, встревоженный странным блеском ее глаз, уставленных в одну точку.
– Да. Пусть будет Шотландия, – отозвалась она. – Если в Англии ничего больше не осталось, я должна отправиться к их границе. Мария Гелдернская[33] держит там трон для своего сына, и меня она, я думаю, обережет. Да, пожалуй.
Генри повернулся, чтобы крикнуть с лестницы приказы своим людям, ждущим внизу. Под прикосновением руки королевы к своему предплечью он остановился.
– А где Дерри Брюер? – спросила Маргарет. – Вы его видели, слышали о нем? Мне нужно, чтобы он отправился со мной.
Молодой герцог качнул головой с некоторым раздражением.
– Не знаю, миледи, – ответил он с толикой укора. – Погибли лорд Перси и барон Клиффорд. Если ваш Дерри Брюер жив, то, я уверен, со временем он нас найдет. А теперь не мешало бы, чтобы вы приказали слугам упаковать то, что вам понадобится. – Бофорт прикусил губу, и глаза его вдруг горестно заблестели. – Миледи, возвращения сюда вам вряд ли следует ожидать. Возьмите с собою золота и… одежды. Все, что сочтете нужным захватить при отъезде. У меня тут с собой запасные лошади. Все поместится.
Маргарет строго поглядела на него.
– Очень хорошо. А теперь соберитесь, милорд Сомерсет. Мне нужны ваши ум и бодрость, хотя, мне кажется, вы нынче не смыкали глаз.
Герцог лишь кивнул, воспаленно моргая.
– Просто пыль попала, миледи. Прошу извинить.
– Вот и
Сомерсет отошел, отдавая вниз приказания, но когда он вернулся, королева по-прежнему ждала ответа.
Ему оставалось лишь пожать плечами.
– Снег, миледи. Снег и везение – этого оказалось достаточно. Уж не знаю, Бог ли был на их стороне или дьявол, но… безусловно, тот или другой. Король Эдуард у них сражался по центру и вел за собой людей, которые дрались как демоны, а он вдохновлял их своим примером. Но и при этом они не победили бы, просто
