То, что у него появился сын, очень смущало и абсолютно не радовало. Настораживало и поведение Оксаны, которая вдруг бросила свою заграницу и помчалась его встречать. Это явно говорило о многом, или только об одном, но от этого тоже было не легче. От проявления такой заботы, никакого счастья он не испытывал и думал лишь о том, как объясняться с женой. Почему-то был уверен, что она его ждет и замуж не вышла. «Ждала, ждала, пока не дождалась вернувшегося из небытия любимого мужа с любовницей и сопливым дополнением. Вот уж ситуация. Хоть опять в беспамятство уходи или к Майклу в работники. Тот уж точно ситуацию подрегулирует». Разговаривать с женой было страшно. Врать он не хотел, твердо для себя решив, что расскажет абсолютно все и попросит прощения. Но, хорошо зная свою супругу, четко понимал, что принять его она примет, а простить никогда не простит. «Предательство остается предательством, несмотря ни на какие приведшие к нему причины. Менять одну боль на другую? А что сыну сказать, он же взрослый уже, все понимает. Папа у тебя герой вселенского масштаба, но подлец подлецом. Врет налево и направо, но такой хороший, что от этого хуже не становится. Это тебе не черти с ящерицами, это люди. Самые близкие и самые любимые. Ради которых и жил все это время, а потом наплевал в самую душу. Господи, может вообще к ним не ходить, пусть считают, что «погиб смертью храбрых»? Лучше мертвый герой, которым гордиться можно, чем живой негодяй, на которого смотреть без омерзения нельзя. Или все-таки вернуться, объяснить? Должны же понять».
Грунтовка неожиданно вывела на асфальт, по которому они дружно затопали в сторону видневшейся вдалеке деревни. Добрались до нее уже к вечеру. Решив не пугать местных жителей толпой невесть откуда взявшихся оборванцев, отправили на разведку женскую половину отряда, справедливо посчитав, что красивым женщинам будет значительно легче договориться по поводу еды и возможного ночлега. Расчет оказался правильным, поэтому закат они встречали в небольшом флигеле, дружно уничтожая огромную сковородку яичницы с салом.
Хозяйке они представились туристами экстрималами, которые слегка не рассчитали своих сил и теперь пытаются вернуться домой с наиболее возможным комфортом. Та оказалась или доверчивой, или понятливой, но на постой пустила. От денег, которые неожиданно для всех Арлетта извлекла из своей сумки, отказалась, но попросила мужиков утречком спилить несколько старых акаций, которые разрослись и летом закрывали огород от солнца. Естественно, они согласились и, поутру, очень быстро вдвоем с Иваном устранили помеху в виде излишней растительности, превратив развесистые деревья в аккуратный штабель бревен, которые всегда пригодятся рачительным деревенским жителям. Растроганная хозяйка пообещала грандиозный обед и, в качестве премиальных, предложила истопить баню. При этом она нежно поглаживала Ванечку по могучей руке, тяжело и горестно вздыхая об одной ей известной печали. Но после того, как неожиданно появившаяся Машенька, у нее на глазах, без видимых усилий переломила веточку толщиной сантиметров в двадцать и участливо поинтересовалась, «не наколоть ли дров для баньки», она ойкнула и убежала готовить обещанный обед.
Возможные неприятности на женском фронте устранила Арлетта, которую чуть ли не силой Маша с Дашей (так, оказалось, зовут радушную хозяйку) затянули в парную, и потом дружным хохотом сопровождали каждый ее истошный крик и визг. Затем был обед, который действительно оказался замечательным. Без изысков, но вкусно и очень много. А появившаяся бутылочка самогона окончательно расставила все по своим местам.
Рано утром они уходили из гостеприимного дома в сторону автобусной остановки, а Дарья Степановна стояла в калитке и грустно махала им вслед, размышляя то ли о переменчивом женском счастье, то ли о прохудившейся крыше в курятнике.
До его деревни они добрались часов за пять, и здесь Алексея ждал удар. Большие и малые дворцы, гольф-клуб, небольшой, но красивый морской вокзал никак не походили на ту, пусть богатую, но неказистую деревеньку, которую он помнил. Ванечка радостно пялился по сторонам, Машино лицо, как обычно, кроме легкой сонливости ничего не выражало, Арлетта была сама подозрительность, а он растерянно стоял посреди этого великолепия, и не знал, куда идти и что дальше делать. Затянувшуюся паузу прервала Аля.
- Приехали? Куда теперь? Где ОН?
Столько вопросов и ни одного ответа. Алексей пожал плечами и тяжело опустился на стоящую поблизости лавочку.
- Не знаю. Все так изменилось.
Подал голос Ванечка.
- Командир, а что, или кого мы ищем?
- Мы ищем меч. Меч, торчащий в большом камне.
- Меч? Здорово. Это как у рыцарей «Круглого стола»? Тогда нам, наверное, туда.
