Право на любовь полностью

Только то, что Каменев в офисе, не дало расшалившимся нервам завязаться в узлы и поддаться панике. Ну скажет что-то, слова же просто слова. Тем более, когда ситуация теперь под контролем компетентных лиц. Только бы с Аней всё хорошо было… Всё-таки я переживала. Надо позвонить ей, обязательно. Я зашла в кабинет Глеба и остановилась, не доходя несколько шагов до его стола и настороженно поглядывая на странно спокойного Самойского. Даже не поздоровавшись со мной, он сразу заговорил:

— Я тут подумал, чтобы мои претензии к Каменеву были обоснованными, нужна веская причина. Например, если я стану обиженным мужем, — он лениво усмехнулся, рассеянно шевеля мышкой, а я застыла, превратившись в ледяную статую.

Из головы моментально выветрилось, что планам Глеба в любом случае вряд ли суждено сбыться.

— Так что, я обо всём договорюсь, Лиля. На этой неделе нам оформят все документы. Я тебе скажу, когда поедем.

У меня вырвался истеричный смешок, и я даже отступила на шаг, глядя на него во все глаза.

— Глеб, ты нормальный? — выпалила я, судорожно сжав пальцы. — Я не хочу становиться твоей женой, ни настоящей, ни фиктивной! Это уже ни в какие ворота не лезет!

Самойский вздёрнул бровь, окинул меня медленным взглядом, под которым по коже поползли противные ледяные мурашки.

— А я разве спрашивал твоего мнения, детка? — равнодушно произнёс он. — Твоё дело — подстроить соблазнение, и причём на этой неделе. Остальное я сам организую. Камеру поставила?

Я заторможенно кивнула, впав в оцепенение от услышанного.

— Вот и отлично. И ещё раз будешь со мной спорить, Лиля, я приглашу твою сестру составить нам компанию в клубе, вместе с моими друзьями, — жёстко произнёс Глеб, прищурившись. — Ты что-то слишком своевольничать стала в последнее время, мне это не нравится, детка.

Василий пообещал, что с Аней будет всё в порядке. Он обещал. И Лёша ему верит. Я длинно выдохнула, не выдав своих эмоций.

— Да, поняла. Я могу идти? — еле слышно спросила у Самойского, и дождавшись разрешения, вышла в приёмную на деревянных ногах.

Мне надо срочно поговорить с Алексеем, но если зайду прямо сейчас — Глеб точно заподозрит неладное. Аня!.. Однако позвонить сестре не успела: ожил телефон, звонили с охраны.

— Лилия Александровна, тут курьер, в вашу фирму, — доложили в трубке. — Спуститесь?

— Да, конечно, минуту, — машинально ответила я, мысли всё крутились вокруг заявления Самойского.

Господи, пусть Василий избавит меня от него до того, как Глеб осуществит свою сумасшедшую идею! Только подобного замужества не хватало для полного «счастья». Бросив взгляд на дверь кабинета Каменева, я вышла из приёмной, прихватив телефон, и набрала сообщение Лёше. «Самойский хочет оформить документы, будто бы я его жена, задним числом». Пока шла к лифту, отправила, и по губам скользнула слабая улыбка, несмотря на панику. Как же здорово, что теперь могу поделиться с кем-то своими бедами. С кем-то, кто в самом деле может помочь.

Когда я доехала до первого этажа, пришёл ответ от Лёши. «Перебьётся». Всего одно слово, а на душе стало легко и светло, и недавняя паника почти улеглась. Сейчас вот только с курьером разберусь и позвоню Ане, чтобы увериться, что с ней всё в порядке. Он ждал на проходной, я расписалась в бумагах и забрала небольшой пакет — к моему удивлению, пришёл он не на имя компании, а конкретно на моё. Поколебавшись, я открыла его, дожидаясь лифта, и обнаружила там небольшую бархатную коробочку, как для драгоценностей. Стало совсем непонятно, но прежде, чем я успела открыть, зазвонил мобильник. Как раз приехал лифт, и я зашла, одновременно ответив — звонил следователь.

— Лиля, буду краток, — заговорил он. — Наденьте то, что в коробочке — в них вмонтированы миниатюрные камеры. Ваша задача — остаться с Самойским ненадолго наедине и спровоцировать на угрозы вашей сестре или вам. Не волнуйтесь, я буду наблюдать, и он ничего на самом деле не сделает.

У меня слегка закружилась голова от неожиданных сведений, и единственную мысль, пришедшую в голову, я сразу же озвучила:

— Аня?..

— Не переживайте, о её безопасности побеспокоились, — уверенно заявил Василий. — У меня всё под контролем, Лиля, он не уйдёт от наказания.

Я на мгновение прикрыла глаза и сглотнула, строго приказав надежде не расправлять пока крылья.

— Можно просьбу? — пробормотала, чувствуя, как отчаянно краснею от стыда.

— Давай, — перешёл на неформальный тон Василий.

— Не показывайте Лёше записи… про меня с Глебом, ладно? — торопливо выпалила, аж зажмурившись от нахлынувших эмоций.

Наверняка найдут, ведь Самойский даже не подозревает, что попался, и не успеет ничего удалить или спрятать. А это тоже улики, я прекрасно понимала. Хватит и того, что меня увидят совершенно посторонние мужики. Лёше совсем необязательно знать о той грязи, через которую меня заставил пройти Самойский.

— Хорошо, — негромко и серьёзно ответил Василий. — Удачи, Лиля. Помни, мы тебя больше в обиду не дадим.